Диалоги о культуре

kvisaz — 25.09.2025 https://www.youtube.com/watch?v=ZMBn5uKiU7g

Цитаты

- Я вот не понимаю людей, которые спят до обеда и потом ничего не успевают. Я всегда просыпаюсь на расссвете, чтобы ничего не успеть. Для того, чтобы ничего не успеть, на это нужно время

***

- Помню, до революции мне с вами было не о чем разговаривать. Потом стало не до разговоров. Теперь об этом, конечно, стало не принято говорить.

***

- Люблю, знаете, когда она меня немного придушивает.
- Власть?
- Водолазка...

***

- Если всё в мире придумали армяне, то все мы - просто мысли какого-то армянина

***

Я вот однажды попытался понять, где кончается пирог и начинается запеканка. И ведь никто тебе не скажет. Потому что пирог — это как идея. А запеканка — это уже реализация в материальном мире. Тень на стене пекарни, если по Платону.


***

У меня был преподаватель, который всё время ходил в пальто, даже летом. Говорил, что это броня против времени. Мы тогда не понимали. А теперь я понимаю: в пальто тепло. Особенно в подкладке прячется вечность.


***

А чайник давно пуст. И вот ты ставишь его снова — не потому что хочешь чай, а потому что хочешь смысла. А он кипит и молчит. Потому что смысл, как вода, — испаряется при высоких температурах.



Транскрипт (не дошлифован человеком, но на 90 процентов попал)

ниже — отформатированный диалог без тайм-кодов; ремарки оставил в квадратных скобках.

Собеседник 1: То туда смотрю, то сюда. Чем дальше смотришь, тем ближе видно — как говорит мой друг, близорукий: не туда смотрит. Вообще не туда смотрят, мне кажется. Вот есть близорукость и дальнозоркость. А почему нет дальнорукости?

Собеседник 2: [смеётся]

Дальнорукость была раньше — ещё до революции. Сейчас запретили.

Собеседник 1: Да. Сейчас все, у кого длинные руки, они… сам понимаешь, не тут. Они там.

Собеседник 2: Куда дотянулись?

Собеседник 1: Дотянулись до всех, у кого память короткая.

[музыка]

Собеседник 1: Я вот думал: есть же шоколадные батончики. Но они же по сути не батончики — в сечении квадратные. Продолговатое и квадратное в сечении — это же буханка. Почему не говорят «шоколадные буханочки»? С технической точки зрения — так вот нас и обманывают. Живём в мире обмана и симулякров. Так что шоколадный батончик — это симулякр, не истина.

Собеседник 2: В революцию они были понтончики, мне кажется. Понтончики шоколадные. Над молочной рекой их оставили — шоколадные понтончики.

Собеседник 1: Угу. Бабушка всегда оттуда мне кофе заваривала. Оттуда всегда.

Собеседник 1: Ещё говорят, что всё придумали армяне. Вот если они вообще всё придумали, вдруг мы — ничто иное, как мысль какого-то армянина.

[музыка]

Собеседник 1: Риэлтор говорит: «У меня на эти руины нет документов». Вот поэтому мы пока здесь.

Собеседник 2: Это как у Пушкина? Или нет?

Собеседник 1: Зачем я привёл в пример пушки?

[музыка]

Собеседник 1: Всё, идём, идём. Провожу там пальцами — уже влажно. Думаю: в таком виде паспорт показывать… не.

Собеседник 2: Что верно, то верно.

Собеседник 1: А я вот думаю: если бы у лягушек были дипломаты, то они бы боролись не за статус-кво, а за статус-ква.

Собеседник 2: Дивно, дивно, да.

Собеседник 1: Я очень смеялся, когда придумал. Хорошо, что дома один был в этот момент.

[музыка]

Собеседник 1: Помню, здесь в своё время — кажется, ещё в «Вольфенштейне» — если где-то здесь нажимать, открывался дивный вход: с аптечками, с едой. Это раньше было — при советах.

[музыка]

Собеседник 1: Меня как-то крэк не особо зашёл, если честно.

[музыка]

Собеседник 1: Ну вот касательно истории про мать, забывшую ребёнка. Надо же понимать, что это женщина, которая в первую очередь забыла о Боге. О Боге, который отражается, имплементирован в образ её ребёнка. Поэтому этот кинофильм — как вы сказали — про духовную пустыню капитализма в первую очередь. Потом это уже семейная комедия.

Собеседник 1: Я ватрушки, если честно, презираю. Ватрушка — симулятор достойной еды. Вот пирожок — в нём всё есть: начинка обёрнута, есть загадка — всегда гадаешь, что тебя ждёт внутри. А ватрушка простая: всё видно сразу — творог и остальное, никакой интриги. Она развратная. Как женщина без изюминки.

Собеседник 1: Я не люблю, когда каждый день одно мелкое дело тревожит. Я их собираю в один день — и сразу всё… не успеваю.

Собеседник 2: Это мудро. Тайм-менеджмент.

Собеседник 1: Не понимаю людей, которые спят до обеда, а потом ничего не успевают. Я всегда просыпаюсь на рассвете, чтобы ничего не успеть. Потому что чтобы ничего не успеть — на это нужно время.

Собеседник 2: Это вы ещё просыпаетесь.

Собеседник 1: Я всегда любил: проводишь — а там гладенько. Не люблю, когда волосы. Считаю, что уши не должны быть с волосами.

Собеседник 2: Согласен.

[музыка]

Собеседник 1: Вчера шёл мимо общежития на философском факультете — меня из окна обозвали симулякром. Был неприятный момент. Но я задумался: а вдруг так и есть?

[музыка]

Собеседник 1: Как говорится, глаза боятся, а руки тоже боятся. Всё тело в жиже — страшно, капец. Руки в ноги. Это я в семьдесят восьмом году придумал, записал в книгу. Сейчас не знаю, где она — где-то пылится. Ну и слава богу.

Собеседник 1: Я постоянно себе вопросы задаю: «Зачем я это делаю? Надо ли это кому-то?» Недавно переводил Пушкина на южно-вьетнамский и всё думал: «Зачем это надо?»

Собеседник 2: Ну как — Пушкин же красиво звучит на южно-вьетнамском.

[музыка]

Собеседник 1: Про такое солнышко моя четвёртая жена говорила: «Жёлтая рожа жжёт нас». Это отсылка.

Собеседник 2: Угу.

Собеседник 1: Кольцо выбросил.

[музыка]

Собеседник 1: Иногда смотрю на эту красоту и думаю: вот это всё бы взять и снести, и картинг построить. Жаль, не моё.

Собеседник 2: Это, возможно, прозвучит глупо.

Собеседник 1: Вообще это смело. Надо попробовать будет.

Собеседник 2: Смело-смело.

Собеседник 1: Думаю иногда: надо весь мир объездить, все страны. А потом про Бангладеш вспоминаю и думаю: ну не прямо уж все — какие-то исключения должны быть.

Собеседник 2: Спид-тур не планировался.

Собеседник 1: В тот момент она мне говорит: «Я не могу, я связана по рукам и ногам». Так я узнал, что такое шибари.

Собеседник 2: Это что-то импортное?

Собеседник 1: Японское.

Собеседник 2: Хорошая.

[музыка]

Собеседник 1: Мне вообще нравится, когда она меня немного… придушивает.

Собеседник 2:  - Власть?

Собеседник 1: - водолазка.

Собеседник 2: Я считаю, что водолазка должна быть тугой, чтобы горло было под защитой, не продувало. Дисциплина — важно.

[музыка]

Собеседник 1: Люблю джаз. Хороший джаз — как хорошая книга: тоже ничего не понятно, голова болит, спать хочется. Очень люблю. Занудно, душевно, да.

Собеседник 1: Я вот что подумал: если шкаф с дверями, которые скользят, — это шкаф-купе, то если у шкафа нет дверей — это шкаф плацкарт. Полка — просто полка. Шкаф плацкарт.

Собеседник 2: Что же тогда боковушка?

Собеседник 1: Об этом надо подумать. Меня туда жена никогда не влезала.

Собеседник 2: Ты тоже держишь жён в шкафу?

Собеседник 1: А она мне и говорит: «Я Сартра читаю». Я: «От тошнота? Ты на спину ляг, голову запрокинь — рефлекса не будет». Молодёжь… Тошноту нельзя так рано начинать читать — надо к ней созреть.

[музыка]

Собеседник 1: Абсолютно. Я люблю, когда там узенько — не люблю, когда пальцы вальandаются. Для боксёрской перчатки это важно.

Собеседник 2: Тут не могу не согласиться. Как гинеколог — я так считаю.

[музыка]

Собеседник 1: А я недавно понял, почему Стивен Хокинг не играет в баскетбол: потому что он белый, естественно.

[музыка]

Собеседник 1: Люблю такие штуки. Абсолютно дивный город, потрясающие люди, неподражаемая архитектура — очень бы рекомендовал там побывать.

Собеседник 2: А вы там бывали?

Собеседник 1: Нет, никогда. Понятия не имею, что за место.

Собеседник 1: Ну и, в общем, садится она мне прямо на лицо. Думал взять газету — отогнать её, но женщина дородная, килограмм девяносто — газетой не отгонишь.

Собеседник 2: Да, конечно.

Собеседник 1: Такая вот была среда.

Собеседник 2: Заворачивать пробовали в газету?

Собеседник 1: Там много газет надо. Пятная станция. Весь тираж.

Собеседник 2: Увереннее.

Собеседник 1: Ага. Это моя квартира. Моя-моя квартира. Не в смысле выезжали из страны — просто из квартиры, да?

Собеседник 1: Тогда все уезжали, а я остался, потому что это моя квартира, и я проспал. Время было 6 утра уже. Кто билет в такое время берёт? Догадались, конечно.

Собеседник 1: А я вот думаю: если первый блин всегда комом, то как люди впервые поняли, что это именно блин, а не ком? Первичность блина, да? Если второй ком — всегда блином получается. Но если вам нужен ком — то первый ком всегда блином.

Собеседник 1: Сава… вот это из моего любимого: «по полям, по полям синий трактор едет к нам — и кого-то в кузове везёт». Я всегда думал, кого он везёт, куда едет, что за трактор. Считаю, что этот трактор — не трактор, а русская история. Она надвигается неумолимо. И везёт она в кузове не зверей — это знамения апокалипсиса: четыре апокалиптических царства в виде зверей. Красный трактор всё уже показал и всех увёз. Остался красный трактор террора. Настало время синего трактора.

[музыка]

Собеседник 1: Я когда на стройке подрабатывал, прораб перед сменой говорит: «Не забудь кавку». Я думаю: какой образованный мужчина! Оказалось — просто шепелявый. Я-то думал, мне на стройку с постмодернистской книгой.

Собеседник 2: Это вот тот тендер на замок?

Собеседник 1: Да. В городе Н было.

[музыка]

Собеседник 1: Эмалированное судно, окошко, тумбочка, кровать… Жить тяжело и неуютно — она всё забрала при разводе. Представляешь, гадина какая? Думаю: как она забрала окошко? Зачем ей окошко? У неё там, где живёт, нет окошек. Окошко забрала и кошку забрала. Кошку и окошко. Судно… Главное, за что судно? Чай из чего пить?

[музыка]

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив