Девочки

pepe_paella — 06.05.2011

Им по пятнадцать лет.

Они просыпаются под «Je Veux» будильника на телефоне, шлепают на кухню, где крохотная порция кукурузных хлопьев с медом и молоком на столе, где новости из жизни звезд по телевизору и пятьдесят минут до выхода из дома на больших настенных часах. Они возмутительно опаздывают или терпеливо ждут подружек, чтобы по пути в школу обсудить все важные и насущные вопросы, которые накопились за вечер, и новости из жизни звезд тоже обсудить.

Они скучают, зевают, тайком смотрят под партой глянцевые журналы или шуршат карандашами по книжкам-раскраскам на уроках истории, трясутся от страха перед физиком (девочки, знаете, он в прошлом году довел Полинку, ей из школы пришлось уйти; ну как какую Полинку, ту, светленькую, которая с нами на танцы ходила). Они дерзят учителям, а потом с опаской ждут возвращения родителей с вечернего собрания в семь часов, осторожно заглядывают в лицо маме или папе, пытаясь угадать – как там? что? литераторша рассказала про тот случай или нет? Они упорно отказываются читать «ну, это, про Печорина», клянут на весь свет Лермонтова, а потом, если родители заставят-таки прочитать книгу под угрозой запрета вечерних прогулок на следующей неделе, неожиданно увлекаются и читают с интересом, не признаваясь себе в том, что – да, нравится. Они уже научились прогуливать, они смотрят невинными нежными леденцовыми глазами и фантазийно, замысловато врут учителям, нервно цепляясь пальцами за край парты. Они волнуются перед экзаменами за девятый класс, хоть и хорохорятся, делая вид, что им все нипочем, что, «подумаешь, ГИА, тьфу, вот в музыкалке в прошлом году, ах!»; что «я английский на курсах сдавала на аппэ-интэмидиэт лэвэл, вот там страшно было» ; что «всё равно все всё сдадут».

Они сидят на переменах на партах, разбившись на небольшие стайки, кладут ногу на ногу, жуют мармелад из пакетика и говорят о том, что у Наташки из параллельного новый фотоаппарат, вы видели?; что химичка сегодня с ума сошла с этой контрольной за двадцать минут до звонка, Менделеев и тот не успел бы решить, химера она химера и есть, поэтому ее муж и бросил; что Джозеф Гордон-Левитт такой красивый, такой лапочка, лучше только Вова, который так классно играет в баскетбол – вы видели?, который заканчивает в этом году школу и готовится поступать в Бауманку.

Они торчат перед зеркалом по полчаса, иногда превращаясь в маленьких пандочек с черными глазами-кругами и щетиной толстых темных ресниц, иногда уподобляя свои веки хвосту палехской жар-птицы (по многообразию цветовой палитры), а иногда – благодаря постоянной практике или, чаще, по случайности – становятся запредельными красавицами, такими, что выпускник Вова, классный баскетболист, запросто может свернуть себе шею, глядя вслед вчерашней пандочке. Они берут в школу мамину или сестринскую палетку «Живанши» и вдохновенно рассказывают подружкам, что «это моя» и что «сама вчера выбирала в магазине в центре Москвы».

Они носят модные сумки и суженные джинсы, которые портят некоторых, превращая их в смешных маленьких бегемотиков, в избушки-на-курьих-ножках; они шлепают по лужам кедами веселой расцветки, в цветочек, в горошек, с разноцветными шнурками.

Они мечтают о фотоаппарате «как у Марины и теперь у Наташки», они делают снимки себя по пояс и без головы; своих ключиц, своих коленей, своих губ и глаз. Они открывают «ВКонтакте» в надежде увидеть  не меньше десяти «Мне понравилось» под фотографией себя в парке и не меньше пятнадцати – под той, которая портретная, с ключицами и взглядом вдаль.

Они выписывают цитаты из книг Сесилии Ахерн и ставят на полях сердечки; они слушают группу «Фабрика» и немножко «Muse» и «30 seconds to Mars», но всем говорят только про «30 seconds to Mars». Они смотрят фильмы про вампиров и знают имена всех красивых холостых футболистов (нет, Маш, он пока не женился, ты что, они еще расстанутся тысячу раз).

Они стреляют глазками пока не профессионально, но интуитивно метко, они ждут звонка или смски от Кирилла и Паши из двенадцатой школы; но, конечно, лучше от Паши; они радуются, увидев стеснительное «привет» с маленькой буквы на стене все в том же «ВКонтакте» и сыплют в ответ приветами и какделами с кучей закрывающихся скобочек в конце. Они смущаются, получив на свидании (да, девочки, слышите, на свидании) от Паши из двенадцатой школы красную розу на длинном стебле и подтаявшую шоколадку – Паша тоже волнуется в ожидании и мнет в руках эту «Аленку» или «АльпенГолд» с изюмом.Они забавно семенят тонкими ногами в маминых дорогих туфлях на высоком каблуке, взятых без спроса (ой, не узнает, я буду осторожно).

Они шатаются по весенним улицам компанией в три человека - девочка, ее мальчик и ее подружка; потому что той не с кем пойти гулять, и вообще, Люся классная, да ладно; а Люся потом идет чуть отстраненно и независимо и делает вид, что не обращает внимания на поцелуи подружки и ее мальчика.

Они шушукаются с Люсями и Наташками о том, что, говорят, Марина-то, с Владом, знаете что уже? – тут они загадочно поводят глазами или, морща нос, говорят нарочито грубые слова; слушая, как подружки будут недоверчиво хмыкать и пожимать плечами – Владом, который на бээмиксе катается? он же ужасный!

Они ссорятся и мирятся с родителями, которые, как водится, совершенно не понимают, зачем нужна именно эта странная, плохо сидящая кофточка (мам, да ну, норма-а-ально же!), зачем нужно возвращаться домой непременно после десяти вечера и ехать в кино на другой конец города.

Они – хитренькие и наивные, дерзкие и скромные, очень разные и очень одинаковые. Им по пятнадцать лет.

Оставить комментарий

Популярные посты:

matveychev_oleg

8 многодетных российских актрис, у которых 4 и более детей

smapse

Когда речь ребенка — повод насторожиться: как вовремя понять, что нужен логопед

yuripasholok

Чи-пых-развал

vikond65

Кровавый парализатор

untime_liness

Из-за Пастернака мы можем потерять Св. Софи

olga_odk

Развлекается.

fishmanual

Тайны глубин: в поисках окуня и щуки карстовых озер

swbkka

2025: Год Переосмысления и Тихой Красоты

• Архив