Дед... спустя 20 лет.
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Я выслушала врача СМП, расписалась в карте обслуживания вызова и отпустила их. Начали беседовать с дедом. У меня до последней секунды была мысль, что он меня - узнал, ведь я была у него всегда любимой внучкой, он просто надышаться на меня не мог в своё время, он из нас троих всегда меня выделял и больше всех любил, не скрывая этого. Говорил, что любит - выходит теперь, что так сказать - вернее. Но нет - не узнал. И мы начали разговаривать как с любым другим пациентом - я к нему по имени-отчеству, он ко мне просто на "вы". От госпитализации отказался категорически. Как сам объяснил - одинок, не планировал покинуть дом, не может прямо сейчас остаться.
А приехал, надо сказать, без единой вещички с собой, не считая трости, одетый в домашнее. И я уточнила, как он планирует добираться обратно. И тут его понесло... Он решил, что обратно его повезёт бригада СМП; он сказал, что врач ему обещала, что он ни копейки с собой не взял, и что врача СМП надо наказать за такую безответственность и всё такое. Он всегда, как я вспоминаю, порывался наказать кого-нибудь за что-нибудь. Военпредом был. Статным таким мужчиной, представительным. Генеральскую пенсию заслужил. А тут смотрю - сдал... Плечи затряслись, глаза заблестели, весь как-то сгорбился.
От стати былой остались лишь воспоминания.
Спрашиваю, что разволновались так, П.М.? Я вызову вам такси, заплачу сама - не переживайте, а пока УЗИ, рентген и всё такое. Обследовали с ног до головы, бумаги все подписали, я напечатала справку и уточнила ещё раз, не передумал ли. Нет. Домой. Только домой.
Вызываю такси. Обычно перед тем, как пациент уходит, подхожу и подробнейшим образом разъясняю все рекомендации, которые в справке напечатаны, но тут не стала - под рекомендациями была напечатана моя-его фамилия, а мне не нужны были сцены в приёмнике. И я просто попросила его внимательно прочитать всё, когда вернётся домой, обратить внимание своё и эндокринолога на сахара повышенные, отдала ЭКГ, а справку - уже около машины. И вот мы стоим: я со стороны водителя, вручая ему деньги, он - напротив, у пассажирской двери. И вдруг обращается ко мне: "Доктор, миленькая, как к вам можно обращаться?"... Нормально так дед к любимой некогда внучке, аха? И я называю свои имя-отчество. На секунду лицо изменяется, но только на секунду, он благодарит очень тепло - и садится в машину. Желаю всего доброго и возвращаюсь к себе.
Через полчаса звонок по городскому телефону. Отвечаю. На том конце провода рыдания. Бесконечные рыдания. Всхлипы. Смех. Рыдания снова. Моё имя. Как раньше - тогда... В 11. "ТЫ". И снова слёзы. Смех. Прочитал справку. Увидел фамилию. Понял.
Долго собирался. Много плакал. Поговорили в итоге несколько минут. Он дал мне свой номер телефона, попросил мой, записал, пересчитал цифры - всё совпало. Доволен остался. Немного даже успокоился. Я разговаривала доброжелательно-спокойно, как говорила бы с любым пациентом... Внутри не возникло ни тепла, ни радости, ни злости... Ничего, кроме жалости и сострадания.
Чужой человек. Совершенно чужой. Одинокий, но мне - ненужный. Уже теперь ненужный совершенно. Он нужен был тогда, в 11, а с тех пор две жизни по 11 я прожила без него. И привыкла. И не исправить...
Такая вот жесть.
|
</> |