Через боль

Сообщество "Best of the Best. Лучшее в Гайд-Парке." — 14.10.2011

Раннее утро. Жизнь- перед глазами. Родное село. Дом на лугу в прибрежье Дона. Отец – сельский врач умер, когда сыну было 5.  Добили фронтовые раны. Мама – учительница русского языка и литературы.  Она жива до сих пор. Хлопочет по огороду и по хозяйству. Дай Бог здоровья.

Полуразрушенная сельская церквушка. Ещё в 60-х агроном Василий Петрович, как внук попа, переоблачался и служил здесь службы. В селе – радость. Служил как бы, втайне. Но везде всё знали. Продолжалось недолго. Забрали Петровича в райцентр. Как хорошего специалиста.

Школа. Ныне в живых – лишь пятеро со всей параллели. Остальные ушли. Кто - в 30, кто – в 40. Двое «доползли» до 50. Лучший друг – Ромка получил в народе прозвище «Будулай». Как напьётся – уходит «путешествовать». В областной центр. Благо, до него – каких-то 30 километров. Утром ничего не помнит.

Кончились эти путешествия. Весной не смог перейти понтонный мост через Дон. Поскользнулся. Упал. Захлебнулся.

Школьная золотая медаль. Универ. ВДВ. Афган. Секретный препарат «Владимир Ильич Ленин» (ВИЛ, в просторечии – «вилка»). Один укол – и даже тишайшие творили такое, от чего и чертям становилось страшно.

А по-другому сложно. Местные – что пушту, что фарси, чтопредставители других  больших и малых местных народностей, исчисляемых сотнями, столь «дружелюбны», что поворачиваться к ним спиной просто страшно. Если уж глаза в глаза иногда прилетало. Особенно – если сила на их стороне.

Как-то на операции достали троих из зиндана. У одного – ухо отрезано, у другого – глаз выколот и рот разодран крюками. третий – внешне всё нормально. Только до конца жизни будет говорить фальцетом.

И кому больше повезло – им, или тех, кто вернулся «200-м»?

Их каждый день шло в изобилии. Бойня. был совершенно пронзительный случай, уже где-то описанный. Юра. Из Омска. Дембель. Уже пришла замена. Вещи собраны. «Ребята, приезжайте ко мне. Мамка пельменей налепит. Настоящий, сибирских. Я вам Иртыш покажу. Вы не представляете, как там красиво«.

Последний бой перед отправкой. Юра прикрыл собой «салагу».  

… Домой! Родной журфак. Трижды родная общага. Наивные однокурсники, смешные иностранцы. Первые публикации.

К3-му курсу Сашку пригласили вединственную на тот момент «взрослую» газету региона (была ещё «молодёжка»). Пригласили не просто посотрудничать, а сразу – в штат. Минуая обязательное в таких случаях «чистилище» в виде районок.

Тогда в области не было «звезды» ярче Сашки Малашенко. Кого-то могли перенести на внутренние полосы, или, вовсе – задвинуть в запас. Малах – всегда на первых полосах. Любой педседатель, любой директор «почитал за честь».

Только карьеры делали другие. Кто-то – стуком, кто-то – лизоблюдством.  Особо одарённые удачно сочетали. А Сашка… Дали квартиру – спасибо. Не дали бы – так и ютились бы в общаге. В крайнем случае – родной дом не за тридевять земель.

Дали очень вовремя. как раз под свадьбу. Родился сын. Через 3 года – дочка.

И случился развал Союза. «Друзья»-коллеги, которые буквально вчера заискивающе заглядывали в глаза и стреляли рубли до получки, намертво «прикусили» бренд родного издания, водрузив над входом лозунг «Опоздавшему – кости».

Мастер слова и рукопашного боя не оказался мастером работы локтями.

Пока имя в силет – не страшно. Тогда в регионы пошли центральные издания. Сашка возглавил одно из них. Тираж, рекламодатели, качественный контент, эксклюзив – всё то, что не может не радовать «верхнего» шефа.

Зима-96. На секунду «потерял» заледенелую трассу. Хватило, чтобы влететь под встречный  КАМАЗ. Основной удар пришёлся на пассажирское сиденье. На нём сидела жена.

Полгода «горизонтального» образа жизни в растяжках. Переломы всего, что можно сломать(кроме позвоночника. Ему уготована другая судьба). Жидкое питание. Физраствор. Беспомощность. Кусок мяса.

Долгая реабилитация. Инвалидность. Работа в издании. не отвечающем ни квалификации, ни навыкам, ни статусу. Но – не до выбора.

Восстановился. И тут же совершил безумный поступок настоящего мужчины. Пошёл на операцию по пересадке костного мозга. Для абсолютно чужого ему ребёнка. Он умирал.

Всё просто: человек знает, что такое боль. 

«Когда тебе плохо, мир не перестаёт существовать. Всегда есть тот, кому много хуже. Мы – взрослые. Хорошо, или, плохо мы живём – неважно. У нас по крайней мере, есть шанс. Тем более, он обязан быть у ребёнка» – объяснил он мне.

Мы тогда работали на одном медиа-проекте. Я ушёл в предпоследний момент. Сашка остался.  Перешёл на телеканал того же хозяина.

Позже перебрался в ближайшую к городу сельскую районку. (Его перетащил Лапоть - »коллега» из серии «деятельное ни о чём»). Твёрдый доход выражен в сумме 8 000 рублей. Гонораров и премий нищим бюджетом не предусмотрено. На проезд уходит 2 000. Ещё хватает на «коммуналку» и на оплату мобильного. Еда и прочее – на пенсию.

Лапоть плачет: «Жизнь – гумно«. Малах отвечает: «значит, мы что-то делали неправильно».  Лапоть плачет ещё пуще. И заказывает 2Х100.

Сашка иногда звонит. Что-то уточнить, чем-то поделиться. Не нравится мне его настрой: «ты – ещё молодой. Ещё можешь что-то успеть. Я – уже нет«.

Ещё не вечер. Прорвёмся.

Оставить комментарий

Популярные посты:

tescin

Эстетическая стоматология без агрессивной обработки зубов

• Ранее
• Архив