Человечность

Теща и зять пытаются добиться исключения из правила. Их можно понять: дочь и жена находится в коме, подключена к жизнеобеспечивающей аппаратуре и никогда не поднимется после того, как около часа находилась в состоянии клинической смерти. Ее мозг мертв, но жизнь тела поддерживают медики. И закон запрещает выключить приборы.

Все дело в том, что женщина беременна. Собственно, ради ребенка и работают медики. В течение нескольких недель наблюдения плод развивается нормально. Через шесть недель наступит срок, когда ребенок способен уже выжить самостоятельно, и именно эта дата тревожит близких. Потому что никто не знает, как сказался на развитии плода тот час, в течение которого организм матери был лишен кислорода. У него бьется сердце – значит это живой человек. Но никто не может сказать, насколько это человек, если не иметь в виду только биологию.

И дело не только в возможных физических и психических отклонениях, что само по себе достаточно серьезное испытание для семьи. Проблема еще и в том, что государство, оплачивающее все происходящее, после рождения не выделит ни гроша, если потребуется пожизненное лечение ребенка.

Если бы не медицинское оборудование, эта зарождающаяся жизнь погибла вместе с матерью. Таков естественных ход событий, прерванный людьми. Но можно ли теперь вмешаться человеку, чтобы случилось то, что случилось бы без его вмешательства?