Бой харизм
ru_psychology — 12.06.2012
Мне лет пять, может быть даже и
четыре, и я смотрю, как на волжской пристани разговаривают два
дяди: капитан пассажирского теплохода, весь в
парадном-белом-золотом, вкусно пахнущий, важный и строгий. И другой
дядя: весь в черном, густо заросший черной бородой, с острым
незнакомым запахом, с внезапно вспыхивающими золотом зубами (только
потом мама сказала мне, что это «цыганский барон», но тогда я все
равно ничего не понял).Мне непонятно о чем они говорят, но понятно, что они спорят и что между ними идет какое-то соревнование. (Теперь это назвали бы «бой харизм»). В сущности, я - как щенок: не понимаю смысла слов, но понимаю интонации, их смену, их динамику и чувствую кто победитель, кто «главный».
Все мои симпатии, конечно, на стороне капитана. Но чем дольше идет разговор, тем симпатичнее мне становится «черный дядя», что меня удивляет и тревожит. Черный внутренне спокоен, он часто улыбается, мне понятно, что он свободен. Он небрежно гладит меня по голове (я отшатываюсь в страхе, но он только улыбается в ответ), кому-то кивает за моей спиной. А капитан, так надменно державшийся в начале, становится все менее уверенным. Он не смотрит ни на собеседника, ни по сторонам, его глаза бегают, в голосе исчезает надменность и уверенность.
Главным остается «черный дядя»: в заключение он дружески-покровительственно похлопывает капитана по плечу. С тех пор уважаю цыган, во всяком случае цыганских баронов.
О чем они договорились, я в точности не знаю. Но зато знаю, как собачки понимают, кто в доме хозяин и мне хочется, чтобы «черный дядя» снова погладил меня по голове.
Первый ремонт без стресса: как разобраться в натяжных потолках
Без названия
Котик цвета осени
Уходит последнее воскресенье 2025
Помните мальчика, попросившего у Холмса сигару? А мальчик был не простой
Встать, суд идёт
Ошибки замерзающих: чего категорически нельзя делать на морозе
Ближний Восток: новые реалии...
День рождения. Мел Гибсон

