Без названия

kdm17 — 11.09.2023 Чуть не подсела на фанфик – «Барчестерское паломничество» Рональда Нокса. Это истории детей и внуков троллоповских героев на фоне меняющегося времени – этакое «Аббатство Даунтон» в ускоренной перемотке: Англо-бурская война, Первая мировая, автомобили, эмансипация и прочая и прочая. Куча мелочей, радующих тех, кто читал Хроники Барсетшира по многу раз. Например, делать надгробный памятник миссис Прауди пригласили итальянского скульптора Берти Стенхоупа, и он изваял ее с прялкой. Барчестерцам и тем, кто читал «Последнюю хронику» ,очень смешно. Это не такая великая книга, чтобы мечтать о ее издании на русском, но местами мило, и я даже нашла кусок, который не требует знания троллоповских романов и (что не менее важно) ничего в них не спойлерит. Надо добавить, что Нокс, которого мы больше знаем как автора детективных романов, был католический священник и, как выразился бы Троллоп, pervert (в тогдашнем значении слова), т. е. перешел в католичество из англиканства. Неизвестно, он Честертона обратил или Честертон – его; оба кивали друг на друга.

Первая глава начинается с того, что Джон Болд младший вернулся из Оксфорда агностиком. Рассказывая, что об этом говорили в Барчестере, Нокс пускается в долгое отступление: упрекает Троллопа, что тот не рассказал о барчестерских католиках, добавляя, впрочем, что это оправдано художественными соображениями, затем описывает старую католическую церковку, маленькую, сырую и темную, и переходит к священнику, доктору Катакомбу, который и сам был музейным экспонатом, поскольку целиком принадлежал к ушедшей эпохе. Описание его внешности, манеры одеваться, привычек и отношений с соседями я опушу.
…Впрочем, более всего он был известен среди бедняков. Собственные прихожане перед ним благоговели, но и любили его, как всегда любят священника, который посещает больных, и запоминает лица, и останавливается поиграть с детьми на улице.
После всего услышанного вас, возможно, удивит, что доктор Катакомб был человек ученый. Он принадлежал к школе доктора Лингарда и сквайра Уотертона*, а его коньком были окаменелые раковины, геологические слои, кромлехи, дольмены и древности вообще. По этой причине он и вторгся в наше повествование. Ибо много лет назад (я возвращаюсь в прошлое до правления епископа Прауди и даже до истории с богадельней) именно доктор Катакомб, совершая моцион, укрылся от дождя в пещере неподалеку от города, почти сразу за церковью Святого Юолда. Пещеру эту барчестерцы знали со времен незапамятных и называли Кухней Робин Гуда или Гостиной Мерлина в зависимости от своих представлений о старине. Однако из-за долгой засухи трещина в дальней стене пещеры разошлась, и доктор Катакомб проник туда, где никто прежде не бывал. Там (по крайней мере, если верить его словам) обнаружились наскальные рисунки, сделанные, по всему, в эпоху более древнюю, чем все известные свидетельства обитаемости нашего острова.
На это открытие, опубликованное доктором Катакомбом в ученом журнале, никто внимания не обратил. Тогда людей науки не занимал возраст человека и Земли – другие области знания сулили более успешную карьеру. Однако двадцатью годами позже, когда сходные открытия сделали в других местах, барчестерскую пещеру осмотрели заново и сделали крайне смущающие выводы. Мало того, что рисунки не смыло Ноевым Потопом; из того, на каких горных породах они были нацарапаны, следовало, что художник жил задолго до Адама. Особенно всех возмутило, что рисунки, подрывающие самые основы веры, нашли в окрестностях города, известного своим благочестием, и почти так же – что достоянием общественности их сделал священник, хотя, конечно, и сомнительной чуждой конфессии. Некоторые поспешили объявить, что наскальные росписи – фальшивка, что доктор Катакомб сам их нарисовал с целью дискредитировать Священное Писание, которое, как всем известно, католические попы люто ненавидят. Даже те, кто смотрел на его преступление более мягко, соглашались, что служителю церкви правильнее было бы молчать о находке.
Джонни Болд мальчишкой и впрямь любил играть в Мерлиновой Гостиной. Происходило это уже после открытия доктора Катакомба, но до того, как видные ученые это открытие подтвердили и барчестерская пещера прославилась на всю Европу. Так что мистер Банс, возможно, прав, и первые религиозные сомнения у Джонни зародились от созерцания наскальных росписей. Впрочем, справедливости ради надо заметить, что почти все барчестерские мальчишки его лет играли там не меньше, и Самюэлю Грантли, например, раннее знакомство с Кухней Робин Гуда нисколько не повредило.

- - - - - - -
* Джон Лингард (1771–1851) – английский католический священник, историк.
Чарльз Уотертон (1782–1865) – английский натуралист, ревностный католик.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив