Без названия

chukcheev — 23.05.2023 Довелось
тут посмотреть всю пенталогию про Грязного Гарри в хронологическом порядке, начиная от самого первого фильма 1971 и до последнего в ряду, датированного 1988 годом. Приступая к просмотру, я предполагал, что график качества будет ровный – от вершины в левом углу до дна в правом углу: безусловный шедевр головной «Грязный Гарри» и откровенно провальная «Игра в смерть».
«Игра в смерть», надо отдать ей должное не подвела: сочинённый спешке сценарий не мог не сказаться катастрофическим образом; но, если говорить о наибольшем эмоциональном воздействии, то таковым стала четвёртая лента «Внезапный удар» – к немалому моему удивлению.
Я попытался понять, отчего так, отчего легендарное первое появление Грязного Гарри на экране с его «Do I feel lucky? Do you, punk?» не тронуло сердце, как должно было бы, и обнаружил, что дело в материале, на котором разворачиваются фабулы.
Фильм первый «Грязный Гарри»: охота за кровавым маньяком. Фильм второй «Высшая сила»: заговор внутри полиции. Фильм третий «Подкрепление»: разгром группы террористов. Фильм четвёртый «Внезапный удар»: месть за прошлые обиды. Фильм пятый «Игра в смерть»: охота за кровавым маньяком.
Итак, если обратиться собственно к материалу, то из пяти историй наиболее близкая мне, как обыкновенному зрителю, это четвёртая: небольшой провинциальный городок на севере штата Калифорния, где все друг друга знают; несколько лет назад веселящаяся компания насилует двух сестёр и вот теперь одна из них возвращается в город, чтобы расправиться с насильниками, которые, кажется, давно обо всём позабыли.
Это не ахти какой оригинальный сюжет, но с лежащими в его основе обстоятельствами себя нетрудно сопоставить, ибо основные персонажи, пусть нас и разделяет океан, оказываются, в общем, нашими соседями, только говорящими по-английски.
С этими людьми у меня есть возможность столкнуться, пересечься, как-то познакомиться, в отличие от злодеев из других картин цикла про Грязного Гарри: если я не сотрудник правоохранительных органов, то шансов у меня увидеть живьём, а не на телевизионном экране, маньяка, террориста или тем более заговорщика, нет никаких, это такая же абстракция, как Голдфингер или Блофельд из Бондианы.
Поняв это, я по-иному взглянул на требования выдающегося нашего сценариста Э.П. Щедрина к создателям популярной телевизионной продукции, когда он требовал от своих авторов не только «простых, понятных, человеческих историй», но и строго-настрого запрещал брать в качестве главных героев «богатых и знаменитых» – никаких селебрети, никаких звёзд, никаких высокоранговых персонажей.
Тогда я полагал, что Щедрин это делает, чтобы заставить своих подчинённых более ответственно подходить к работе, не хватая первые попавшиеся типажи, но заставляя придумывать по-настоящему оригинальных персонажей с неоригинальными профессиями – «Ищите деталь, находите что-то своё, чего до вас ещё никто не увидел».
Теперь я понимаю, что Щедрин был прав не только, так сказать, технологически, но и, что гораздо важнее, концептуально: фильм должен находиться с аудиторией на одном уровне – на её уровне, так, чтобы зритель мог с первых кадров мысленно воскликнуть «Это же про меня!»

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив