Агора для нытиков

shmandercheizer — 09.03.2025

Как-то незаметно общим местом у умно рассуждающих о соцсетях стало сравнение сетевой публичности и греческой агоры. Агора – это по сути городская площадь, но в греческий период самое важное на ней – не рынок, не официальные объявления властей и даже не общение, суть её – демонстрация ума и талантов. Агора не мыслима без тонкой борьбы, без конкуренции, без попыток показать или обрести влияние/авторитет только лишь умным и красивым словом или же иным мастерством, доказывающим не только усердие, но и полезность для полиса, а также любовь богов.

Сравнивать соцсети современных западных людей и агору – это что-то на уровне «стриженная кошка – тоже немного лев». Да, но нет, и нет почти по всем пунктам. У древних греков безусловно была уличная, публичная культура. У нас – всё ещё домашняя. Взрослый грек вообще не знал, чем можно заняться дома. Греки не изобрели идею приватности, потому что она была известна им как одна из версий совокупности «скучных вещей» (сидеть дома, ни с кем не конкурировать, не интересоваться политикой и т.д. и т.п.). Напротив, для многих сегодняшних людей приватность – это странный фетиш, некая уменьшающаяся под ударами технологий привилегия, за которую многие ещё ощутимо держатся. Вопреки реалиям и самому духу времени.

Конечно, во все времена есть те, кто маргинален базовой культуре: всегда есть убеждённые уличные, когда большинство людей нуждаются в доме, всегда есть «идиоты» (одиночки), когда полис требует жить его политической жизнью. Но маргиналы почти никогда не дают свои формы общераспространенным практикам. Например, там, где люди предпочитают дом, активно развиваются семейные кафе, дайнеры, рестораны с необычными интерьерами, магазины домашней еды, а заведения стрит-фуда существуют как некоторая неизбежность только там, где иначе не получается. Но нередко маятник качается в иную сторону – и культура заведений резко демократизируется и упрощается, только фоном для этого всегда будут несчётные числа людей, растерянных и как будто бы лишившихся «дома» (и говоря про дом, я имею в виду не место прописки, а метафизику, где домом называют привычное, своё, защищающее и счастливое место - см. Откуда начинается Мир?).

Поэтому крайне интересна та эволюция, которую проделали социальные сети, ведь они тоже оказались тесно связаны одновременно и с публичностью, и с «домашней» приватностью. Довольно быстро из новшества, не имевшего готовой концептуальной метафоры, соцсети трансформировались в пространство конкуренции между двумя противоположными схемами – условно «домашней» и «уличной». Домашняя легко выражается в формуле «моя страница/блог – мои правила». В такой модели акцент сделан на более явный контроль за контентом, а также его связь с идеей самовыражения. Она может иметь оттенок педантизма, когда пользователь явно настроен произвести определённое впечатление на гостей. Уличная модель предполагает, что всё что не закрыто от случайного пользователя – публично и обращено ко всем. Причём, это позиция не столько открытости и доступности, сколько некоторого цинизма общения – «детка, тут интернет, тут могут и послать» (или переслать тем, кто будет явно хейтить). Такая форма публичности очень быстро обросла необходимостью обрести навыки взаимодействия с разными формами агрессии и провокации, будь то ирония или постирония, ответный троллинг, умение тонко и точно распознавать контекст и отсылки и т.п.

Что ж, в 2025 году можно уверенно констатировать, что одна из моделей победила, пусть и в совсем не честном соревновании. Ведь в последние 10 лет довольно заметно, что владельцы платформ поддержали вторую сторону. Помните соцсети, где есть премодерация любых комментариев владельцем страницы? Вот-вот, и я не помню. Зато почти все современные соцсети активно лезут своими алгоритмами что-то кому-то рекомендовать, в т.ч. расширяя круг случайных пользователей. Так что в итоге «уличная» модель практически окончательно взяла верх. Чем это оборачивается для пользователей?

Ещё раз вернусь к началу: большинство современных западных людей на уровне этоса и привычек (или того, что зовут ценности) ни разу не уличные, не вывозят ежедневную публичность и до сих пор связывают многие элементы комфорта и счастья с приватностью (нахождение наедине с собой или с близким кругом). Ничего удивительного: никто из нас не родился в условиях полиса, более того, большая часть взрослых, живущих в соцсетях, сформировались в доцифровых условиях. В условиях когда дом, садик или двор оказывались более значимым (а то и единственным) местом по усвоению смыслов, чем телевизор или интернет. Цифровой капитализм в общем-то плевать хотел с высокой колокольни, что большинству такие условия соцсетей будут не комфортны. С их точки зрения пользователь – это товар, продаваемый рекламодателю, а его тревожность и невротизация – отличное средство для удержания. Джаст бизнес.

Но и сами люди частично виновны в том, что поддержали целую серию маргинальных практик. Во-первых, домашняя модель требует умения сдерживать свою ненависть в отношении инаковых (здесь самая фундаментальная реакция – это игнор, отказ читать то, что не близко). Однако люди слабы в этом плане: всем нам нужно кого-то или что-то ненавидеть, более того, анонимная или лишённая последствий агрессия развращает. Особенно если её позволяют себе и многие другие (нам эволюционно очень сложно себя сдерживать, если другие так не поступают). Во-вторых, приватность есть род запрета, а запрет провоцирует желание его нарушить. Многим знакомо странное побуждение влезть в чужие интимные дела, хотя это по большому счёту и не интересно (об этой стороне приватности я уже как-то писал: Кейс ФайндФейс). В-третьих, ряд аспектов «уличности» в современной массовой культуре намеренно популяризованы, в т.ч. чтобы создать причастность к образам крутизны или особенности. Собственно почти весь дискурс продаж строится на эксклюзивности, которая в какой-то момент стала больше ассоциироваться с публичностью. Ведь успех, который не демонстрируют, никого не соблазняет, а значит, и не продаёт. Соцсети легко стали для многих инструментом по собиранию и предъявлению другим идеального образа себя, а не того реального субъекта в халате и домашних тапках. Такая публичность образа тесно сплетается с ощущением своего несовершенства и дефицитарности у человека, что и провоцирует зависимость от того, чтобы показывать идеальную картинку, выходя далеко за рамки своего реального круга. В домашней модели такой аспект тоже есть (показывать нужную картинку), но он лишён напряженности за счёт власти в отношении допуска к своему контенту.

При этом я не идеализирую альтернативную модель. Она тоже имеет отрицательные стороны, например, гораздо легче создает эффект эхо-камеры (с отсутствием какой-то критики одних и тех же взглядов), а также провоцирует род морального релятивизма, при котором легко оправдывать символическое насилие как устоявшееся правило общения. И наоборот, будь мы действительно привычны к условиям агоры, то в Сети бы гораздо более заметно расцветали различные яркие дискуссии и баттлы, конкурсы скиллов, не репостов за скидку, ценились бы отзывы авторитетов, а не набор циферок под лайком. Увы, приватный человек с навязанной ему чуждой моделью будет страдать. А страдание будет провоцировать примитивные формы реакции: в форме ненависти, травли, обесценивания всего и вся, работе с наиболее манипулируемыми эмоциями (скандалы, дум-скроллинг), заваливании бессмысленным контентом и, конечно, жалобами.

Жалоба – король современного сетевого дискурса. Только жалоба, особенно с элементами интимного и приватного (поведанного всем) продолжает задевать пользователей. И она же даёт чувство моральной правоты, даже там, где уже давно не ценятся никакие заслуги. Наши соцсети – это особая агора, агора для нытиков. Как если бы на площадях сотни людей публично расчесывали раны и демонстрировали нарисованные (воображаемые) шрамы, пытаясь переубедить всех прочих в том, они и есть тот «несчастнейший», на которого нужно потратить остатки эмоциональной мелочи и внимания, что остались после просмотра новостей, фид-лент и скроллинга коротких видосиков. Картинка грубовата, но в сути правдива.

Такая ситуация не навечно. Хотя я, честно говоря, не знаю как произойдет новый сдвиг. Может быть новые поколения, а может быть новые технологии что-то изменят. Ну а пока всем пользователям, которые не хотят лишний раз страдать, нужно вырабатывать свой сложный способ взаимодействия с соцсетями, построенный на соединении аскезы, осознанности, этикета и личного желания. Ведь в конечном итоге, можно даже и поныть, если очень хочется. Но лучше задавать себе вопрос: кем я в итоге стану, если буду действовать так, а не иначе? Ведь соцсети – это не какая-то побочная история, которую легко отделить от остальной жизни. Всё, к чему нас приучает опыт (любой) – всё оставляет след, в т.ч. меняя наш мозг. И завтра может оказаться, что это самый мозг уже не хочет того, что вы хотели раньше, а всё, что его интересует – это дешевый и быстрый дофамин от максимально простого контента. А отсюда пути назад практически не существует.

Сохранено