А мы тут при чем?
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
СК отказался даже проверять коммерческую деятельность следователя Павла Карпова, сославшись на прокуратуру и налоговые органы
В октябре этого года «Новая газета» направила председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину запрос, а фактически — сообщение о возможном преступлении. Речь в нем шла о бывшем следователе Следственного департамента МВД РФ Павле Карпове, чьи действия на момент прохождения им службы в полиции показались нам заслуживающими тщательной проверки с точки зрения действующих законов.
Кто натолкнул нас на такие предположения? Да сам экс-подполковник Карпов, давший очень странные письменные показания в Высоком суде Лондона. В этом году российский следователь, попавший в «список Магнитского», пытался судиться с компанией Hermitage Capital Management и коллегами погибшего в СИЗО юриста — Уильямом Браудером и Джемисоном Файерстоуном. В своем иске «о защите репутации» (который лондонский суд в итоге отклонил) Карпов помимо всего прочего объяснил — откуда у него, только что ушедшего со службы, гигантские средства на ведение дорогостоящего судебного разбирательства.
Мы писали об этом подробно, но напомню: по словам Карпова, ему оказывали финансовую помощь близкие друзья из числа бизнесменов (дарили дорогие подарки, оплачивали поездки за рубеж и поспособствовали получению потребительского кредита на 30 миллионов рублей для оплаты услуг адвокатов и британского пиар-агентства). Доход ему приносили и разные «хобби»: ремонт и дизайнерская отделка квартир и дач, девелоперские и строительные проекты, торговля оборудованием и, наконец, продажа элитных вин*. И все бы ничего, если бы Карпов в этих чудесных показаниях не признавался в том, что занимался этим «хобби» параллельно со службой в органах внутренних дел, где специализировался на расследовании экономических, прежде всего налоговых, преступлений.
Вот нам и захотелось узнать: информировал ли Карпов обо всех этих обстоятельствах, озвученных в Лондоне, своего работодателя — государство, и насколько его «хобби» не противоречит законам о госслужбе и полиции? Уплачены ли налоги с доходов, полученных от «хобби», которые значительно превосходили официальную зарплату, а также с тех денежных сумм, что дарили ему — следователю МВД — таинственные предприниматели? Отражено ли все это в декларациях? (Дело в том, что этот комплекс щепетильных вопросов в показаниях для Высокого суда бывший следователь обошел стороной.) И еще: не прослеживалась ли во взаимоотношениях офицера полиции с его спонсорами возможность конфликта интересов?
«Являясь старшим офицером управления по борьбе с налоговыми нарушениями, Павел Карпов не может быть неосведомленным об обязанности граждан уплачивать подоходный налог с доходов, получаемых ими от предпринимательской и иной деятельности из источников в Российской Федерации», — подытоживали мы свое заявление главе СК и напомнили, что предыдущее наше аналогичное обращение с просьбой провести проверку действий Карпова осталось без ответа.
На этот раз СК нам ответил. Оказалось, что никакой проверки они там не провели и проводить не собирались. Старший инспектор 1-го зонального отдела Управления процессуального контроля за следственными органами Следственного комитета Российской Федерации А.И. Косинов проинформировал нас о следующем: «Ваше обращение от 23.10.2013 о нарушении бывшим следователем МВД России Карповым П.А. законодательства о государственной гражданской службе и по другим вопросам направлено по подведомственности в Генеральную прокуратуру Российской Федерации, поскольку в соответствии с Законом «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 № 2202-1 надзор за соблюдением федерального законодательства осуществляется прокурором. Кроме того, для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по признакам уклонения от уплаты налогов, налоговым органом должно быть принято решение о привлечении конкретного лица к ответственности за совершение налогового правонарушения. Надзор за действием налоговых органов также осуществляется прокурором».
В общем, не приставайте к нам больше с этим Карповым! Можно предположить, что ответит прокуратура (как отвечала уже неоднократно): возбуждение уголовного дела не входит в компетенцию прокуроров — идите в СК или МВД (буду рада, если ошибусь). Про налоговую, которая считается потерпевшей в деле о краже 5,4 млрд рублей из бюджета, из-за которого погиб Сергей Магнитский, — и говорить не приходится.
Таким образом, как представляется, СК ответ мог сформулировать и проще: «неприкасаемых» трогать не будем. Что лишний раз подтверждает наши догадки: поход бывшего следователя Карпова в Лондон — поступок санкционированный.
Но как быть с тем, что для привлечения карповых и степановых к ответственности необходимо решение «налогового органа» (согласно ответа СК), а для привлечения к ответственности Магнитского и других сотрудников Hermitage — никакого такого решения было не нужно? Ведь следственные органы в свое время запросто возбудили это уголовное дело, несмотря даже на то, что налоговые органы никаких нарушений в деятельности компании и ее фирм не находили.
*См. «Новую газету», № 81 и 82 за 2013 г. — «Павел Карпов: «Я зарабатывал на хобби, и мне помогал финансово один близкий друг» и «Щит Родины: приключения следователя Павла Карпова в Лондоне».