302 Found

nothern_wind — 18.02.2010 Самый лучший момент, по-моему, тот, где Джейк сбегает от медиков.
Острая радость просто от того, что у тебя есть тело, возможность бежать босиком по сырой земле и ощущать ветер.

А история у меня в руках рассыпалась.
Увы.
Зато я вспомнила борхесовское, "Историю воина и пленницы". О варваре, который увидел Равенну, римский город, и остался с римлянами.

«Он явился из непроглядных чащ кабана и зубра, был светловолос, храбр, простодушен и беспощаден и признавал не какую-то вселенную, а своего вождя и свое племя. Война привела его в Равенну, где он увидел то, чего никогда не видел раньше или видел, но не замечал. Он увидел свет, кипарисы и мрамор. Увидел строй целого — разнообразие без сумятицы; увидел город в живом единстве его статуй, храмов, садов, зданий, ступеней, чаш, капителей, очерченных и распахнутых пространств. Его — я уверен — потрясла не красота увиденного; оно поразило его, как нас сегодня поражают сложнейшие механизмы, чьего назначения мы не понимаем, но в чьем устройстве чувствуем бессмертный разум. Может быть, ему хватило одной-единственной арки с неведомой надписью вечными римскими литерами. И тут его вдруг ослепило и снова вернуло к жизни откровение по имени Город. Он понял, что будет тут хуже последней собаки и несмышленого малолетка, что не приблизится к разгадке даже на шаг, но понял и другое: этот город сильнее его богов, верности вождю и всех топей Германии. И тогда Дроктульф покидает своих и переходит на сторону Равенны. Он гибнет, а на его надгробье выбивают слова, которых он, скорей всего, не сумел бы прочесть:

Contempsit caros, dum nos amat, ille, parentes,
Hanc patriam reputans esse, Ravenna, suam

Он был не предателем (предатели обычно не удостаиваются благоговейных эпитафий), а прозревшим, новообращённым. Через несколько поколений те же клеймившие было перебежчика лангобарды вступили на его путь и стали итальянцами, ломбардцами, и, может быть, один из его кровников по имени Альдигер дал начало тем, кто дал потом начало Алигьери...»

И Ле Гуин, "Слово для леса и мира одно".
И её же рассказ о планете, которая вся была мыслящим лесом.
Оно для меня более живое.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив