ЕГОР ГАЙДАР УХОДИТ ИЗ ЖИЗНИ И В ИСТОРИЮ

v_tretyakov — 16.12.2009 Похороны Андрея Вознесенского показались мне слишком символическим событием. Поэтому — некоторые подробности, наблюдения и комментарии.
Поскольку с висящим на руке тяжелым, а главное, неудобным гипсом я не смог бы принять участие во всем, из чего состоят ныне похороны известного человека, решил пойти на «главную» часть — на сами похороны. За прощанием в ЦДЛ наблюдал по телевизионным репортажам. Обратил внимание, что мало было — при обширности знакомств покойного и его бесспорно общенациональной известности — лиц, присутствие которых было, на мой взгляд, неизбежным и обязательным. А также на то, что камеры не показывали ни сам зал, где проходило прощание (только сцену, на которой стоял гроб), ни очередь у входа в ЦДЛ.
Как рассказали мне позже те, кто всю печальную церемонию прошел от начала и до конца, это не случайно: очереди не было, массы людей, хотя бы отчасти соответствующей популярности Вознесенского, тоже не наблюдалось.
Зато наблюдалось блестящее отсутствие артистов двух театров, в судьбе которых спектакли по произведениям Вознесенского сыграли выдающуюся, в какой-то степени — определяющую роль.
И совсем не было тех, кого ныне считают поэтами и кто сам себя таковыми называет.
А ведь хоронили старейшину их цеха. Причем знаменитейшего. Любимого (пусть в 60-70-е годы) десятками миллионов людей. Сегодняшние поэты все вместе не наберут и сотой части аудитории Вознесенского!
И не было ни одного политика, даже из тех, кто так любит клясться на алтаре свободы. А разве не в стихах Вознесенского в юности и молодости они эту свободу черпали? Да он при Хрущеве и Брежневе был свободней и словом, и духом, и действием, чем они сейчас!
Я понимаю, что почитатели поэзии Вознесенского сильно постарели и большинству из них не до стояния на гражданских панихидах. Но речь не о них.
На сами похороны на Новодевичьем пришло очень немного людей. А я думал, что и там будет яблоку негде упасть.
На поминках собрались — из известных: Виктор Ерофеев, Ирина Антонова, Андрей Дементьев, Алексей Рыбников (это те, кто весь этот день провел рядом с гробом усопшего), Марлен Хуциев, Александр Кабаков, Евгений Евтушенко. Возможно, я кого-то забыл.Извините.
Замечательно держалась и замечательно говорила Зоя Борисовна Богуславская, последние четыре года полностью отдавшая себя заботам о смертельно больном Андрее Андреевиче.
Выступая на поминках, Александр Кабаков сказал, что медленно уходит 20 век.
То, что я увидел, свидетельствует об ином. 20 век ушел быстро — люди 20 века уходят медленно и постепенно. А сам век — всё, ушёл, исчез и испарился. И русская поэзия как особый феномен и даже особый общественный институт — тоже исчезли. Молодые поэты не поклоняются даже праху своих предшественников, даже их свежим гробам.
А ведь умри какая-нибудь нынешняя поп-звезда, слетятся стаями — мелькать перед телекамерами, тусоваться, пить, закатывать глаза к небу и верещать о «гениальности» усопшего...

Получилось так, что на поминках Андрея Андреевича я разговелся после 9 месяцев алкогольного (по медицинским показаниям) воздержания. В память об усопшем — по нашей традиции — только водку. И вчера я впервые с сентября прошлого года выпил соответствующее печальному поводу число стопок водки.

Имея на то причину, подошел к собирающемуся домой Евгению Евтушенко. Я хотел, чтобы и он, и Андрей Вознесенский выступили перед моими студентами. Но Андрей Андреевич последние годы фактически потерял голос. А с Евтушенко я все никак не сталкивался и не знал, в какой он форме. Вчера увидел — говорит нормально, хоть и опирается на палку.
Сказал жене. Он на меня за что-то зол (я уже и не помню, за что) — обязательно набросится. Как в воду глядел. Прямо с этого Евгений Александрович и начал: помнил, что я ему сказал, о чем шел спор, где и кто был тому свидетелем. Я отпирался. Он приводил доказательства (спор был политическим). Тогда я сказал, что вы просто разозлили меня — вот я так и ответил... А главное: я не перед собой вас приглашаю выступить — у меня и так есть все ваши книги, и выступления ваши я слышал; перед своими юными студентами приглашаю вас выступить — хочу чтобы они услышали голос из 60-70-х, голос русской поэзии тогда, когда она была любимицей народа.
У него обязательства перед его американскими студентами в университете, где он профессорствует. Не стал убеждать его в том, что важнее нам вообще-то должны быть студенты наши. Договорились вчерне на декабрь. Надеюсь, что состоится.

Полное отсутствие у гроба Вознесенского нынешней России и «современной поэзии» и опирающийся на палку Евтушенко, которого нужно уговаривать выступить перед московскими студентами, а он может им выделить лишь тот кусок времени, что, может быть, останется от студентов американских, и стали для меня решающим доказательством того, что никогда уже поэзия в России не станет вновь тем, чем она было в 19 и 20 веках. Никогда, если не родится новый поэтический гений. А может ли он родиться, если так теперь Россия хоронит своих поэтов?

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив