О войне

radulova — 18.01.2010 15 секунд. Столько, как утверждают в этом трейлере, в среднем жил советский рядовой в атаке во время Великой Отечественной войны.



А ведь часто атаки эти были неорганизованные, бессмысленные - некоторые командиры предпочитали пожертвовать людьми, чем прослыть предателями и трусами. Вот что вспоминает ветеран-пехотинец о приказе Верховного № 227 - "Ни шагу назад":

"Мое мнение, что этот приказ сам по себе является преступным. Из-за него столько людей погибло, почем зря... Ведь там, в этом приказе, красной нитью идет главная мысль - "Расстрел за отход с позиций". Мы могли во время атаки или после боя оказаться на самых неудачных, гибельных, открытых, простреливаемых со всех сторон позициях или где-нибудь по пояс в болоте, и никто из командиров не мог набраться смелости и отвести свои роты или батальоны назад, наши офицеры предпочитали угробить, положить своих солдат, лишь бы самим не попасть под трибунал... Чтобы не быть голословным, я вам приведу примеры. В 13 километрах от Харькова мы штурмовали колхоз имени Фрунзе, где немцы оказали серьезное сопротивление. Мы залегли на подступах к колхозу, немцы с высоты били по нам, но самое страшное, что в эту ночью ударил сильный мороз, и мы, в своих кургузых шинелях, стали просто околевать, замерзать насмерть... Через три дня мы снова атаковали этот колхоз и потом нашли на поле перед ним десятки наших замерзших насмерть однополчан. И еще многих своих убитых товарищей, которые так и лежали, как мишени в чистом поле перед немцами, и были все перебиты. Среди них была наш батальонный санинструктор Шура, которую немцы взяли в плен и перед тем как убить, ее изнасиловали... Кому нужны были эти бессмысленные жертвы, которые генералы в своих мемуарах обязательно высокими словами с пафосным восторгом называют - "массовый героизм и самопожертвование"? Ведь было ясно после провала первого штурма, что нам этот колхоз не взять, так, кто командиру полка или дивизии мешал отвести бойцов на исходный рубеж и сохранить сотни жизней? А нет, есть приказ - "Ни шагу назад!", уже доложили наверх о продвижении вперед и захвате очередного рубежа..."

И от этой беспощадной бессмысленности солдату никуда нельзя было деться. Не пожалуешься никому, никаким правозащитникам не позвонишь, в Страсбургский суд не обратишься. Никуда не денешься. Разве что, если как моим двум дедам повезло, ранят. Вот еще воспоминания:

Какой то летчик – капитан сидит в проеме двери и плачет, спрашиваем: «Ты чего?» «Ранен в руку, но реву не от раны, а от того, что делается на фронте: убивают, убивают, убивают! Никакого спасения нет. Эшелон прибывает, его хватает на два часа, страшные потери». Идут раненые, кто в руку, кто куда, спрашиваем: «Карманово взяли?» , «Какое Карманово?» — никто ничего не знает, там только убивают!

Смогли бы сейчас мы так воевать? Когда плачешь от тоски смертной, когда понимаешь что тебя просто как мясо, не задумываясь, кидают на амбразуры, но идешь вперед, потому что другого выхода нет? Нашлись бы добровольцы? И вообще смогли бы мы сейчас, - вкусившие свободы слова, кое-что знающие о правах человека, все такие ироничные, циничные, независимые в мыслях и высказываниях, - победить?

UPD: И еще неоднозначные свидетельства, если вдруг кто не читал - Николай Никулин. "Воспоминания о войне"

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив