Краткое введение в силу слова
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Решила провести эксперимент: говорила своим двум кошкам гадости милым голосом, а приятные вещи – грубо и резко.
Оказалось, что кошки реагируют именно на слова. А вот муж – исключительно на интонации.
Сижу, думаю.
Мне регулярно встречаются в интернетах рассуждения на тему материальности слов, разрушительной энергии мата и тому подобных вещей.
Вера в то, что любое сказанное слово бывает услышано и вызывает что-то вроде резонанса в мире – можно сказать, основа магии. Так или иначе, её разделяют практически все народы.
В Европе это была одна из двух научных теорий магии – второй была семиотическая теория Августина.
Но в силу слова тоже нужно верить правильно, ибо в реальных магических традициях она куда сложнее примитивного варианта Масару Эмото и его последователей.
Это понимают не все – и с теми, кто не понимает, разговор обычно идёт примерно по такой схеме:
– Слова материальны! Звук – это вибрация, которая несёт энергию! Эти вибрации оказывают физическое воздействие на окружающий мир!
– Ты ведь в курсе, что одни и те же звуки могут иметь очень разный смысл в разных языках? Что для русского «человек альтернативных умственных способностей», то для турка «автобусная остановка». Так какое же воздействие должны оказывать эти конкретные вибрации, русское или турецкое?
– Да, я отлично всё понимаю. Дело не в самих звуках. Значение, которое ты вкладываешь в сказанное слово, окрашивает его вибрации и вместе с ними передаётся цели.
– А почему ты тогда веришь в разрушительную силу матерных слов? Смысл у них вполне нейтральный – они обозначают по большей части половые органы и половой акт. Если это так страшно и ужасно, то почему медицинские термины с теми же значениями не работают как проклятия? Это я уж не вспоминаю про фильмы и книги, где и то, и другое описано и показано в детальных подробностях, и иногда получается даже весьма красиво.
– Но ведь это же ругательства! Ими проклинают и оскорбляют! Эти разрушительные чувства и намерения и влияют на того, кто это слышит. И на того, кто говорит – тоже, так что не надейся избежать последствий собственных слов.
– Матом вообще-то не ругаются. Им разговаривают. В деревне одно и то же «Ну @б твою мать!» может выразить практически любую эмоцию – ярость, страх, удивление, восхищение... Всё зависит от интонации. И когда тебя одобряют, поддерживают или утешают – по твоей же логике ты должен получить позитивные вибрации, даже если там нет ни единого цензурного слова.
Ну а проклинать и оскорблять вполне можно и вежливыми, уважительно звучащими словами. Это неотъемлемая часть аристократического этикета – смешать собеседника с грязью, унизить его, выразить ему своё презрение, не употребив при этом ни единого грубого или оскорбительного выражения.
Настоящие мастера этого искусства могут сделать то же самое вообще без единого слова: выразить любое чувство, от любви до ненависти, одними только невербальными сигналами. Жест, поворот головы, выражение лица, взгляд...
– Ты как хочешь, а меня от матерных слов передёргивает. Если мне таким способом говорят комплименты – то тем более. Не хочу я нравиться людям, которые так думают и говорят.
– Тут я тебя полностью понимаю и разделяю твои чувства. Но смотри, как получается. Звучание слов ничего не значит вне смысла. Смысл слов – нейтральный. Эмоции и намерения, стоящие за ними – позитивные. А тебе от них плохо. Значит, тебе плохо не потому, что эти слова разрушительны сами по себе, а потому, что они дисгармонируют с твоим эмоциональным ритмом (как говорил один персонаж Стругацких).
В тебе дело, а не в матюках. Тот, кому привычно выражаться исключительно матом, воспримет нецензурный комплимент именно как комплимент и обрадуется ему. Он среагирует не на слова, а на само намерение, стоящее за словами – потому что форма, в которой это намерение высказано, ему вполне «ритмична».
– Нет, ты не прав. Матерные слова вредоносны сами по себе. Чёрная сила заключена в самих их звуках!
И наш воображаемый разговор закольцевался, как большинство реальных разговоров, которые я вёл на эту тему.
Интересно получается, не находите? Допустим, мы верим в силу слова. Но в чём именно эта сила заключается? Оказывается, есть три версии, и они между собой не сказать чтобы сходятся.
Сила заключена в самих звуках слов, в тех вибрациях, которые эти звуки вызывают в «мировом эфире». Одно и то же слово вызовет один и тот же эффект независимо от того, какой смысл ты в него вкладываешь и понимаешь ли его вообще.
Сила заключена в смысле слов. Одно и то же слово вызовет разный эффект, смотря по тому, понимаешь ли ты, что говоришь – и что именно понимаешь.
Сила заключена в чувствах и намерениях, которые ты выражаешь. Даже слово с невинным или нейтральным смыслом станет проклятием, если ты говоришь его с ненавистью или завистью. По логике, это значит и обратное – когда тебя благословляют «плохими» словами, такое благословение будет вполне действенным и позитивным, но верующие в силу слова обычно предпочитают об этом не думать.
В принципе, можно попытаться соединить их вместе, как это сделали Аль-Кинди и Бэкон. Сила слова складывается из его звучания, смысла, вложенных в него чувств и намерений и собственных сил говорящего (душевных и телесных). И ещё к этому что-то добавляет или убавляет время, место и ситуация, в которой всё это сказано.
Однако поговорив с человеком, верящим в силу слова, вы быстро заметите, что он так глубоко не анализирует. Он вообще не анализирует. Ему важно, что «плохие» слова обладают «плохой» силой, и под эту веру он подводит любые подходящие обоснования.
На первый взгляд может показаться, что здесь выходит как с понятием «астрального тела» – несовместимые верования разных религий смешали в кучу под общим понятием.
В конце концов, в реальных народных традициях происходит та же мешанина. Нечистую силу запрещено поминать в разговоре даже случайно и машинально, а то услышит. Благие пожелания, сказанные не вовремя, считаются формой сглаза, а оскорбления и подначки служат частью праздничных обрядов и, как считается, отводят беду. С другой стороны, в иных ситуациях, наоборот, за дурное слово будут бить, а за доброе поблагодарят.
В заклинаниях часто используются заведомо бессмысленные слова и символы. Ты понятия не имеешь, что говоришь, но зато отлично знаешь, зачем – то есть тут важно намерение, а не смысл. Кое-где ученику даже специально не сообщают предназначения заклинаний, которые он учит, чтобы они до поры до времени не имели силы в его исполнении.
Но на самом деле тут всё куда логичнее. Дело в том, что в разговоре-то всегда участвуют как минимум двое – один говорит, а другой слышит. И для обоих сказанное слово (я сюда включаю и выражение лица, и жесты, и прочую невербальную часть) – лишь инструмент.
Говорящий – говорит изнутри, из своего сердца. Словами он выражает – а на самом деле и формирует – свои верования и ожидания. У таких слов есть своя магия, хотя и она куда сложнее, чем банальное «что ты говоришь/думаешь, то и притягиваешь».
Ну а в общении говорящий высказывает чувства и намерения. Они стоят для него на первом месте, и он хочет, чтобы собеседник реагировал именно на них, а не на форму, в которой они высказаны. Правда, ради этого приходится и форму подбирать правильно, с учётом того, кому и в какой ситуации это сказано, ибо...
... ибо для слышащего важны как раз слова. Это на них он реагирует, и это они отзываются в нём эмоциями: страхом, радостью, удовольствием или болью. А с каким намерением они были высказаны, и стояло ли за ними вообще какое-то намерение, на реакцию не влияет совершенно.
Язык у говорящего и слышащего одинаковый, а вот внутренние интерпретаторы – разные, ведь за ними стоит разный жизненный опыт. В результате слово сказанное и слово услышанное порой различаются до неузнаваемости. Но даже если тебя поняли правильно – то, как твоё слово отзовётся, всегда зависит только от слышащего.
Скажи одни и те же слова десяти людям – получишь десять разных реакций. Один хмыкнет, другой обрадуется, третий останется равнодушным, а четвёртый впадёт в истерику или депрессию, потому что ты, сам того не зная, задел его за самое больное.
Слышащий, а не говорящий, создаёт ту магию слова, которая на него действует – а значит, до определённой степени может на неё влиять.
Толстокожие циничные тролли любят рассуждать, что уязвимость, способность испытывать боль – худший из грехов. Для них любой человек, который придаёт хоть какое-то значение окружающим людям, сам виноват, что открывается перед ними, и потому заслуживает любых страданий.
Самих себя они считают образцом для подражания, и потому другим охотно советуют становиться такими же. Учись презирать людей. Учись использовать их, пока они тебе нужны. Ни к кому не привязывайся. Никого не считай равным себе. Ты – единственный человек, достойный земного притяжения. Тогда и обидеть тебя никто не сможет – какое тебе дело до бульканья биомассы?
Этот совет немногого стоит, потому что способность и потребность создавать близкие, доверительные и уважительные отношения – основа того, что, собственно, и значит быть человеком. А чем ближе тебе другой человек, тем важнее он для тебя – и тем более ты уязвим для его словесных нападений, сознательных или нет.
Однако в нём есть своя правда. Тебя в самом деле не смогут задеть слова, которые ты не принимаешь на свой счёт. Ты будешь просто слушать их, как будто они обращены к кому-то другому и тебя не касаются. Их «вибрации» не вызовут в тебе резонанса, потому что ты отстранился от них.
В традиционной общине так сделать не получится. Твоё процветание и само выживание напрямую зависит от отношения окружающих. Если они тебя отвергнут – это обозначает смерть, физическую или социальную. А значит, поневоле придётся это отношение отслеживать и подстраиваться под него. В таких условиях каждое слово имеет значение и обладает силой.
Потому и работают проклятия африканских и австралийских колдунов. Колдун – голос племени. Если он сказал тебе, что ты больше не имеешь права на жизнь – всё, омаэ ва моо шиндейру. Физическая смерть последует за социальной, и это знают все, включая тебя самого.
В высшем свете положение чуточку меняется. Аристократ может не реагировать на слова черни (хотя может наказать простолюдина за непочтительное отношение). Но для него жизненно важно отношение прочих аристократов. Их сигналы, явные и тайные, он по-прежнему старательно читает. И вовремя сказанное слово ударит его больнее любой пощёчины.
В наши дни выживание по-прежнему зависит от других людей – но не от их отношения к тебе. Круг тех, кто для тебя по-настоящему важен, стал уже, чем когда-либо в истории. У этого положения есть свои недостатки, но в то же время оно открывает новые возможности.
Умение не реагировать на слова случайных, не важных для тебя людей – обязательная часть правил безопасности в этом обществе. Без него не будет ни настоящего спокойствия, ни психической устойчивости.
Нужно только помнить, что абсолютной защиты не бывает. До тех пор, пока ты ещё живой человек – всегда остаётся возможность подобрать слова, чтобы они смогли пробиться сквозь твоё безразличие. И обязательно найдётся тот, кто эти слова подберёт.
Только мертвецы не чувствуют боли.
|
</> |