Книга о Первой мировой

топ 100 блогов Сообщество «Фальсифицированная история и современность» — 05.03.2012

МАКУЛАТУРА ПОД ВИДОМ «НОВЫХ ПОДХОДОВ»

            Я давно зарекся писать рецензии на второстепенные издания по истории, тем более что в последнее время появилось большое количество действительно примечательных работ талантливых историков. И тратить время на серые опусы или ангажированные работы, навязывающие примитивные стереотипы, в настоящее время не только непродуктивно, но и прямо преступно.

            Но пройти мимо данного сборника мне что-то помешало. И даже не интригующий заголовок («Забытая война и преданные герои»), и не красочная обложка, и не название серии («Актуальная история»), а уведомление о том, что «издание подготовлено Фондом исторической перспективы в координации с Комиссией при Президенте РФ по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России». Я решил, что книгу следует все-таки изучить, чтобы понять, какие приоритеты выделяет высочайшая Комиссия и примыкающий к ней Фонд в деле освещения российской истории, и какую профессиональную планку они задают разношерстной когорте отечественных исследователей.

            Книга представляет собой сборник статей, посвященных участию России в Первой мировой войне. Казалось бы, она должна продемонстрировать свежие методологические подходы к изучению этого судьбоносного события, привлечь обширный корпус новых фактов и источников, выявить неожиданные точки зрения и нетривиальные темы. Ничего этого нет. Темы избитые, фактическая база крайне узка, новые проблемы не поставлены. Большая часть статей вообще выходит за рамки рассматриваемого сюжета. Похоже, их впихнули в сборник «по случаю». В общем, задачу книга не решила. И после нее Первая мировая война остается «забытой», а герои «преданными». Преданными забвению.

Позволю себе небольшое отступление. В провинциальном вузе, где я учился, преподаватели внушали нам, что историк прежде всего должен опираться на источники. Выводы других исследователей-предшественников при этом играют важную, но все-таки вспомогательную роль. Именно умение найти новые источники, расширить фактическую базу и затем проанализировать и систематизировать этот обширный сырой материал составляют специфику работы историка в отличие от прочих теоретиков-обществоведов. Но как раз эта сторона в указанном сборнике и не представлена. Источниковая и фактическая база предъявленных работ крайне узка. Да и предшественников-исследователей для авторов сборника как бы не существует. Похоже, что до них вообще никто не писал о Первой мировой войне. Между тем можно сослаться на обширную литературу русской эмиграции. О ней не упоминается (за исключением специально посвященной этому вопросу статьи Ю. Рубцова, впрочем, весьма посредственной).

            Книга открывается рассуждениями президента Фонда исторической перспективы Наталии Нарочницкой. Вообще-то рассуждать на исторические темы никому не вредно, и, по большому счету, в это занятие желательно вовлечь значительное количество граждан. Однако профессиональный историк выполняет несколько иную функцию. Он убеждает не силой своих высказываний, а фактической обоснованностью, или, как сейчас говорят, фундированностью, концепций и построений. Именно поэтому к историкам принято обращаться как к экспертам, а иногда и арбитрам в идеологических спорах. Недаром общество тратит на содержание исторического цеха значительные суммы (в том числе и бюджетные). В противном случае любого Васю из ЖЭКа можно было бы поставить во главе Комиссии по противодействию попыткам фальсификации. (Боюсь, что данная сентенция в нашем «королевстве кривых зеркал» может быть воспринята как подсказка).

            Предъявленная Нарочницкой попытка «исправить легковесные представления» отнюдь не относится к «тяжелой категории». Ее статья скроена из общих суждений и шаблонов. На 14 страницах присутствуют сноски только на три чужие книги. Общий посыл рассуждений: вклад России в исход Первой мировой войны не оценен в должной мере западными союзниками и до сих пор замалчивается в западной историографии. Но, во-первых, трудно пенять на иностранных архивариусов, если в родном Отечестве это знаменательное событие находится в полном забвении. Не стремится исправить положение и Н. Нарочницкая. Бесполезным делом было бы искать в ее статье упоминания о важнейших военных операциях, оценки действий армии и военачальников, имена героев, примеры стойкости и самопожертвования, описание жизни народа в тылу. Во-вторых, непонятна запоздалая попытка «перетягивания одеяла». Нарочницкая тщится утвердить мысль, что Восточный фронт являлся «главным фронтом» Первой мировой войны, на котором происходили «решающие» события. Но французы и англичане могут не согласиться с такой трактовкой. Им трудно смириться с мыслью, что сражения на Марне, на Сомме или под Верденом представляют лишь второстепенные эпизоды мирового противостояния. И они (в отличие от нас) чтут эти события и бережно хранят память об их участниках. Может быть, следует прекратить бессмысленные споры о том, кто «главнее», а совместными усилиями приступить к восстановлению исторической памяти во всей ее полноте, с именами всех возможных участников, их подвигами и поражениями?

            Попутно Н. Нарочницкая поднимает указательный перст, желает снять «обвинения в адрес СССР в развязывании Второй мировой войны». Здесь назидательный тон совершенно неуместен. Во-первых, этот вопрос далеко не решен и находится в остро дискуссионной фазе. Во-вторых, вопросами внешней политики тогда занимался не мифический «СССР» в целом, а конкретно «товарищ» Сталин. И имеются веские основания считать, что данный «товарищ» вынашивал собственные агрессивные цели. Он договорился с «партайгеноссе» Адольфом о разделе Польши и по секретным протоколам включил в сферу своего влияния Прибалтику и Финляндию, которые он однозначно стремился скушать. А дальше он рассчитывал, что в непременном столкновении Англии и Франции с нацистской Германией обе стороны обескровят друг друга, и Красная Армия спокойно въедет на танках в Европу («малой кровью и на чужой территории») и объявит об «освобождении» европейских народов от «капиталистического рабства». В общем, это был еще тот «стратег» и «миротворец».

            Директор ГАРФ Сергей Мироненко начинает свою небольшую статью о династии Романовых издалека. При этом он ухитряется перевести давно установленный наукой факт в ранг одной из гипотез («Есть веские основания предполагать, что будущий император Александр I, а тогда наследник цесаревич Александр Павлович, если и не был в числе заговорщиков, то во всяком случае был осведомлен о существовании заговора с целью свержения с престола его отца»), а слухи и домыслы, наоборот, - в ранг установленной истины (Александр II «хотел короновать свою морганатическую супругу и, провозгласив ее императрицей, отречься от престола, ограничив власть преемника конституцией»). Впрочем, Мироненко хотя бы включил в статью новый архивный документ.

            И совсем уж субъективно выглядят «рассуждения» Ярослава Бутакова: «Последний русский царь был, наверное, лучшим представителем современной ему элиты старой России. Он был прекрасным военным стратегом, на несколько голов выше своих генералов. Но он также глубоко понимал интересы России, верно в целом намечал направление будущих преобразований по пути становления современного индустриального общества. Вообще, правление Николая II основывалось на долгосрочной стратегии модернизации России. По способности к стратегическому планированию это был величайший из государей, которых когда-либо знала Россия». Комментарии излишни.

            Официальную «задачу» историкам поставил Михаил Демурин, числящийся в ранге чрезвычайного и полномочного посланника II класса (более высокие чины, видимо, не сподвиглись). Он внушает: «Насколько более выигрышно организационно и методически выглядели бы российские представители, если бы уже в 1990-е годы в нашей стране больше внимания было бы уделено изучению прибалтийского опыта использования «исторического оружия». Под «историческим оружием» я понимаю применение заведомо искаженных, сфальсифицированных образов истории в практической внешней политике сегодняшнего дня для оправдания и усиления политической, военно-стратегической, информационно-смысловой агрессии против нашей страны». Не совсем понятно. Похоже, что Демурин предлагает перенять «передовой опыт».

            К счастью, авторы сборника оказались нерадивыми учениками. В большинстве своем они ограничились вполне бесцветными статьями и глобальных внешнеполитических задач не решали.

                                                                                                                      Юрий ЕПАНЧИН

                                                                                                                      кандидат исторических

Оставить комментарий



Архив записей в блогах:
Вчера Людка прислала мне несколько картинок. Ванечка всегда любил ходить в гости к соседям, и один, и с нами. И у него всегда были разнообразные "питьевые" ...
Самозваный «патриарх Киевский» Филарет раскрыл свои аппетиты. Когда Константинополь даст Украине автокефалию, заявил он, РПЦ перестанет быть крупнейшей православной церковью в мире, поскольку лишится половины своих приходов. Насколько справедливы такие прогнозы – и сколько всего ...
Сейчас принято много и подробно объяснять болотный и сахарный феномены, глубокие причины произошедшего. Их несколько и одна из них, повторяемая чаще других, заключается в одном слове. Надоели. Надоел Путин, надоел Медведев, надоели лица из ...
Ну наконец-то собрал я эту картинку воедино! ...
Примерный вид картинки для складывания: Прямая ссылка на ролик http://1mgmu.com/pic/blog/puzlsAG1.swf Как складывать. Щелкнуть по одному куску, щелкнуть по другому - они поменяются местами. Если сразу 2 куска встают на место, то - призовая игра, картинка затемняется, следующий ...