Как меня бросил Папа и я покатился вниз (часть XIX заключительная)

топ 100 блогов detnix20.04.2010 Отдел ждал возвращения молодого начальника с нетерпением, присущим разве что племени людоедов, ожидающих прибытия католического миссионера. За время его отсутствия Саня-Даня развил бурную деятельность, подмяв под себя все "горячие точки" на всем постсоветском пространстве. Теперь "сливной отдел" отвечал за события на всем Северном Кавказе, в Таджикистане, Узбекистане и Туркмении, разбирался с проблемами финно-угорских и тюркоязычных народов, "бдительно" отслеживал ситуацию в Якутии-Саха, Туве, Башкирии и Татарии. Перспективы работы на территории одной шестой части земного шара породило среди оперсостава волну эмиграционных настроений. Сотрудники отдела разбредались по всему лубянскому комплексу в надежде перевестись в подразделения с более адекватным начальством.

Как меня бросил Папа и я покатился вниз (часть XIX заключительная)

В первый же рабочий день, после короткого совещания двух "самураев", трижды приложившихся к утреннему "саке", захмелевший Герман принял из рук секретарши два килограмма неразобранных шифртелеграмм, справок и запросов. В полном отчаянии от невозможности даже беглого прочтения поступившей корреспонденции, разобиженный "самурай" направился искать защиты у "сёгуна" — заместителя начальника управления, курировавшего "сливной" отдел. По пути он заглянул в кабинет к "Шерочке с Машерочкой" в надежде разрядить накопившийся гнев. Серж и Алексей шили дела, орудуя цыганской иглой с продетым в нее толстым шпагатом. Напротив сидела Алка и заполняла формуляр, оголив изящные коленки ровно настолько, чтобы оставаться в центре внимания. "Чем занимаемся?" — задал глупый вопрос Герман, ища причины придраться к подчиненным. "Да вот, Герман Николаевич, — ответил за всех смешливый Алексей, — дела делаем, а Алла Геннадьевна — опись дела". "Да, — подтвердила матерщинница Алка, — я — опись дела!" В словах подчиненных начальник уловил издевку, но, занятый мрачными мыслями, не мог поймать ее суть. "Ну-ну…" — на еще более глупой фразе закончил общение с подчиненными раздраженный руководитель и, лишь закрыв за собой дверь, по достоинству оценил каламбур молодых офицеров.

"Сёгун" пил чай из стакана тонкого стекла в серебряном подстаканнике. Длинноногая секретарша, наглядно демонстрируя эффект Доплера, гулко простучала высокими каблуками по пути в комнату отдыха и звонко — в обратном направлении, неся на подносе второй стакан с чаем.

— Значит, говоришь, не можешь больше в таких условиях работать? — продолжил прерванный разговор генерал Лавренёв.
— Не то слово, Леонид Николаевич. Я не только не успеваю писать резолюции, но даже не в состоянии прочесть поступившие документы. Отдел превратился в переплетную мастерскую. Каждый день формируется два тома литерных дел. Некогда отвечать на запросы инстанций.
— Мда-а-а… Непорядок!
— Так точно, товарищ генерал!
— Придется тебе, Герман Николаевич, объявить взыскание! Плохо руководишь коллективом!
— Как же так, Леонид Николаевич, вы же знаете, у меня — одни калеки! Нам в отдел слили всех, кто уже не способен работать, а начальник отдела…
— Не успели назначить, уже под своего начальника копаешь! — повысил голос генерал.
— Никак нет! Но Александр Данилович целыми днями пропадает в Генштабе или на Ходынке (штаб-квартира ГРУ). На хозяйстве я один.

Герман с мольбой во взгляде уставился на генерала. Леонид Николаевич не спеша пил чай. Он сидел в одной белоснежной сорочке с темно-синим галстуком и двумя вертикалями широких подтяжек.

Лавренев был настоящим генералом, таким, каким обыкновенно потчевал отечественный кинематограф неискушенного советского зрителя, демонстрируя образы коварных начальников Гестапо или хитрых "цэрэушников". Лощеный, слегка вальяжный, немного обрюзгший, мягкий в движениях, Леонид Николаевич покорял своим обаянием. Его негромкий, глубоко модулированный голос завораживал. Его секретарши, которых он изредка менял, были самыми сексапильными в Управлении. Нельзя было и предположить, что всего лишь пару лет назад этот символ руководителя спецслужб спасался бегством в багажнике автомобиля от разъяренных чеченских демократов. В тот год по указанию ряда фракций Верховного Совета, Лавренева направили наладить взаимодействие с новой демократической властью в Чеченской республике. Горячие сторонники демократических перемен, только-только повыбрасовавшие из окон парламента мебель вместе с парламентариями, враждебно встретили посланцев свободной России и по первости даже пытались поставить их к стенке. Но, вкусив с прибывшими огненной воды, передумали и решили оставить их в заложниках. Подробности побега тогда еще полковника Лавренева Герману известны не были, но вскоре недавний беглец получил генерала и медаль ордена "За заслуги перед Отечеством".

Генерал оставил чай и, поправляя перекосившуюся массивную запонку из черного агата с голубыми разводами, поднял мягкую ладонь, словно предостерегая Германа от дальнейшего излияния его печалей.

— Послушайте, Герман Николаевич, не скрою, я хотел бы видеть вас во главе аналитического отдела. Ваша должность, как и сам отдел — временное явление. Вскоре полковник Томченко вернется к своим "летучим мышам" в "Аквариум", подразделение ликвидируют, а вы займетесь своим делом. Но для вашего послужного списка должность заместителя начальника оперативного отдела лишней не будет.

Герману стало легче. Он с благодарностью смотрел на генерала, который, оставив в покое запонки, уже поправлял густые черные с волной волосы изящной костяной расческой.

— Может, я могу чем-нибудь помочь, чтобы, так сказать, побыстрее…
— Что быстрее?
— Развалить отдел… — с искренностью во взоре уточнил Герман.
— И думать не смейте! Потерпите с полгодика… Само развалится, а пока присмотритесь к новым сотрудникам. Завтра к вам на службу заступают два офицера. Один — с архивного фонда Приморья, а второй — с пограничной флотилии.
— Леонид Николаевич, помилуйте! — взвыл Герман. — Может лучше сразу танкиста и летчика?!
— Не ёрничайте, Герман Николаевич, а куда их прикажете засунуть?!.. Да, и еще... О своем начальнике можете не беспокоиться. Я тут ему подыскал игрушку. Она должна ему понравиться. Думаю, увлечется и перестанет по чужим ведомствам хаживать.
- Какая игрушка?
- Не спешите, мне ее надо еще подготовить, а теперь... свободны!

Герман, за неполные четверть часа, переживший взлеты и падения своего переменчивого настроения, направился в кабинет Сани-Дани. В кабинете начальника в окружении декораций ушедшей эпохи кроме хозяина сидели двое.

— Ну, товарищи офицеры, чтоб за нас третий тост не поднимали! — торжественно произнес полковник Томченко, взметнув свой стакан навстречу двум другим, опущенным на пару пальцев ниже его. — А вот и Герман! Наш, так сказать, Пиковый валет! Ну, садись, знакомься с пополнением.

Вошедший послушно сел. Ему налили. Он выпил. На него напряженно смотрели две пары глаз. Одна — из-под засаленной челки, а вторая — из-под густых бровей. "Та-а-ак, — мысленно протянул Герман, — патлатый — это архивариус, а бровастый — матрос!" "Капитан второго ранга Круглов", — представился бровастый. Герман усмехнулся и протянул моряку руку. Патлатый хотел было тоже представиться, но его опередил начальник отдела: "Анатоль, сходи-ка ты в "дом два", да подстригись. У нас тут с дисциплиной строго. Офицер немедленно вскочил и пустился выполнять указание. Вскоре полковник Томченко и его зам остались вдвоем. Герман, наконец, решил высказать своему еще недавно обожаемому начальнику все, что он думает о работе отдела. Когда он дошел до перечисления бизнес-проектов подполковника Калофатия, в дверь постучались. Вошедшего Герман не видел.

— Боже праведный, Анатоль! — воскликнул Томченко, — Что ты с собой сделал?!
— Подстригся, как вы и приказали.
— Толик, друг любезный, не делай так больше!

Герман обернулся. На него смотрели сбежавшиеся к переносице глаза, закрепленные на конусообразном лысом черепе с обильным рельефом. Два оттопыренных уха, разнесенных по вертикали завершали портрет архивариуса, сохранявшего строгое и сосредоточенное выражение лица.

— Есть, товарищ полковник! — молвило чучело, — Разрешите идти?!
— Ступай, голубчик, ступай, пока мой начштаба со стула не упал!
— Есть! — глухо донеслось из глубины лысого черепа и его обладатель, неуклюже выполнив прием "разворот на месте", вышел из кабинета.

— Видал, каких орлов нам прислали?! — легко хохотнув, спросил полковник.
— Да-а-а… Уж! — только и смог вымолвить его подчиненный.

Оставить комментарий



Архив записей в блогах:
Вчера собрался и приехал в Одинцово, в магазин "Свой Книжный" на встречу с читателями. Приехал загодя - потому что ехать мне 90 км, а пробки не предугадаешь. Запарковался и звоню в магазин: люди соберутся, позвоните, я зайду. А мне и отвечают: - Сталик, так у нас встреча завтра, а ...
вчера с женой  выезжали на КАД по пр. Культуры, меня подрезал какой то мудень( не посмотрел по сторонам выезжая с заправки) и на мой законный "БИИИИП"и артикулирование слова "ты_что_ослеп_мудило_ебана" этот странный гражданин сначала попытался ...
Вставляем фотографии в пост. Название поста далось с трудом. В общем, фотографии на яндекс-фотки мы загружать научились (ЗдЕсЬ), научились делать плейлисты Теперь будем учиться делать посты с этими загруженными фотографиями. Итак, ...
В МВД ранее утверждали, что подозреваемый был убит потому, что оказывал сопротивление полиции. Но, на беду для полиции, весь момент оказался заснят камерами видеонаблюдения. Короткое видео... Полицейский гонится за подозреваемым. И стреляет ему прямо в спину. Почему не в ноги?.. ...
картина В. Ложкина"...Завершившаяся в четверг проверка боеготовности частей и ...