рейтинг блогов

Battle of Brothers. Часть 11.

топ 100 блогов euro_royals22.06.2021 Battle of Brothers. Часть 11.

В ноябре 1961 года 35-летняя королева Елизавета II потрясла мир, станцевав под «хайлайф», популярный в Западной Африке музыкальный жанр, в белых перчатках, тиаре и орденской ленте вместе с 52-летним президентом Ганы Кваме Нкрумой. Пара радостно шутила и танцевала вместе около десяти минут. Это был эффектный образ, бросивший вызов нетерпимости во всем мире.

«Это зрелище, где уважаемая глава некогда могущественной Британской империи танцует с чернокожим выходцем из языческой Африки, чрезвычайно скандально, - жаловалась южноафриканская газета Die Oosterlig, поддерживавшая политику апартеида, - горестное поругание достоинства, которое ассоциируется с белой королевской семьей».

Никто в Америке не осмелился открыто критиковать королеву, но картина, должно быть, шокировала многих. На тот момент межрасовые браки все еще были запрещены законом в 31 из 50 штатов.

В мире расовых предрассудков Елизавета II, опережая время, выступала за многообразие.

Теперь один единственный человек, Меган Маркл, внесла тот же расовый аспект в собственную кровную семью Елизаветы II. Это была одна из причин, по которым королева так тепло приняла Меган в жизни своего внука Гарри в начале 2017 года - и почему она была встревожена, услышав два года спустя, что жена ее внука не так гладко вписалась в семью, как надеялись.

Нравится это вам или нет, но откровенное телеинтервью для массовой аудитории - это современный вид искусства. Опра Уинфри стала величайшим мастером этого жанра благодаря смеси личного сочувствия, приправленного экспертным анализом, и ее интервью с Меган и Гарри 7 марта 2021 года превзойдет все остальные.

Это была тщательно спланированная театральная постановка с самого начала, и в основе достоверности интервью лежала изменчивая природа «правды Меган», чему способствовала неспособность ее интервьюера выяснить фактическую основу череды генерируемых скандальных историй.

Однако Опра не хотела пересказывать банальные подробности того, что произошло или не произошло. Ее цель состояла в том, чтобы рассказать сказку о том, что чувствовала ее подруга Меган - и чувствовала очень сильно - относительно того, что произошло, когда она вошла во дворец своего возлюбленного принца. А что касается скользкого вопроса о цвете кожи Арчи - ну, здесь Опра действительно выполнила свою работу весьма экспертно. Меган снова говорила «свою» правду после того, как Опра спросила ее, «почему они не захотели сделать Арчи принцем», тем самым лишив ребенка статуса и защиты, как это видели Меган и Гарри. «Я могу дать честный ответ, - ответила Меган. - В те месяцы, когда я была беременна, примерно в это же время… У нас был разговор: «Ему не дадут охрану. Ему не дадут титул»- а также выражалось беспокойство и были разговоры о том, насколько темной может быть его кожа, когда он родится».

«Что? Был разговор? - спросила Опра. - Подожди. Подожди. Подожди. Остановись прямо сейчас… С тобой разговаривали?»

«С Гарри», - призналась Меган. Это был первый момент правды-правды - так что давайте теперь перейдем к Опре. Сочувствуя легко ранимым чувствам Меган в тот конкретный момент, интервьюер также довольно четко установила, что то, что говорила Меган, на самом деле не было правдой. Меган определенно находилась на поздней стадии беременности где-то в начале 2019 года, и в то время она, очевидно, опасалась за безопасность своего ребенка по сложным причинам, связанным с королевской иерархией. Но в ответе на вопрос Опры Меган признала, что никто в королевской семье никогда не спрашивал ее лично о цвете кожи Арчи - ни тогда, когда она была беременна, ни когда-либо ещё.

Этот деликатный вопрос был задан не Меган, а Гарри, и когда Опра позже задала его ему напрямую, он почти пожал плечами. Когда она настояла на подробностях, он признал: «Это было в самом начале… В самом начале». Разговор о цвете кожи, как описал его Гарри, на самом деле имел место до того, как пара даже обручилась, на довольно ранней стадии их отношений - и это было в общих чертах. Вопрос был задан не об Арчи, а о любых детях, которые могли родиться у Гарри и Меган. «Да, - сказал Гарри, повторяя вопрос, заданный ему каким-то неназванным человеком много лет назад: Как будут выглядеть дети?»

«Как будут выглядеть дети?» - повторила Опра, подчеркивая множественное число и разительную разницу между рассказом Меган о разговоре, касавшемся Арчи, и тем, что сейчас ей рассказывал Гарри. Никто не разговаривал с Меган об Арчи, пока она была беременна, и не спрашивал ее, «насколько темной может быть его кожа, когда он родится». Она это выдумала - хотя это не значит, что это не имело значения.

Battle of Brothers. Часть 11.

Проблема заключалась в том, что Меган связала вопрос о цвете кожи сына с вопросом о его королевском статусе. Повлиял ли расизм на то, будет Арчи принцем или нет? После рождения Арчи в мае 2019 года и Гарри, и Меган непривычно пренебрежительно относились к королевскому статусу. Но к тому времени, когда пара разговаривала с Опрой в 2021 году, их позиция, похоже, изменил. «Есть конвенция, - объяснила Меган Опре. - Я забываю, была ли это конвенция Георга V или Георга VI - когда ты внук монарха… автоматически Арчи и наш следующий ребенок станут принцем или принцессой». Другими словами, Арчи в настоящее время не был принцем. Но он станет принцем - полным Его Королевским Высочеством - в тот момент, когда его дед Чарльз станет королем. Конвенция восходит к 1917 году, когда король Георг V пытался ограничить традиционное обилие принцев и принцесс. Меган настаивала на том, что «все величие, окружающее все это», не имело для нее никакого значения.

Но герцогиня, похоже, всерьез обеспокоилась высоким социальным статусом. Преследуя свой собственный интерес в уменьшении размеров монархии, принц Чарльз шумно заявлял о том, что еще больше ограничит количество Их Королевских Высочеств, созданных конвенцией Георга V в 1917 году, тем самым лишив Арчи его будущего титула принца - и Меган восприняла это лично. Отказавшись признать, что это могло быть связано с модернизацией или с целью экономии денег, она пришла к выводу, что это произошло из-за цвета кожи Арчи, и объяснила Опре, почему это ее беспокоило. Отчасти это было связано с титулом и статусом Арчи, но также из-за «безопасности и [физической] охраны», которые прилагались бы к Арчи, названному принцем.

Кажется вероятным, что на позицию Меган повлияли первые месяцы ее жизни в комплексе Кенсингтонского дворца, в настоящем месте проживания двоюродных братьев королевы и их супруг, которые все стали королевскими высочествами по конвенции 1917 года. «Младшие члены королевской семьи» пользуются такими королевскими привилегиями, как престижные, хотя иногда и тесные, исторические дворцовые апартаменты КД, а те, кто предпочитает выполнять королевскую работу, также получают финансовые субсидии от королевы. Гарри и Меган, похоже, рассматривали это изобилие родственников с титулом Его Королевского Высочества как вариант, который Арчи мог бы выбрать когда-нибудь в будущем, если бы захотел. Это определенно была модель того, о чем они думали, что могли бы договориться для себя, когда впервые подумали об уходе - но на тех ранних стадиях они не планировали уехать за границу или полностью отказаться от королевской жизни. Меган и Гарри были особенно сосредоточены на вопросах безопасности и «охраны» - слово, которое вместе с «охранять/защищать» использовалось не менее 19 раз в ходе интервью. Проблема в том, что королевская охрана оплачивается британским налогоплательщиком и не связана с королевским наследством или титулом. Это строго касается королевской работы. Если вы выполняете королевские обязанности по просьбе королевы, британские налогоплательщики оплатят вашу охрану. Если вы не выполняете такие обязанности, не оплатят - и они, конечно же, не будут платить за охрану вас или ваших детей, если вы решите поехать жить в Канаду или Калифорнию, независимо от того, является ли ваш сын Арчи принцем или нет.

Гарри, казалось, не мог понять этого. «Я никогда не думал, что меня лишат охраны, - признался он Опре, - потому что я родился в этом. Я унаследовал риски». Это было справедливое замечание. Меган, казалось, испытывала такое же замешательства, когда дело касалось Арчи - ни титула, ни охраны - и в этом контексте, конечно, ей казалось особенно несправедливым и даже опасным, что титул и статус Арчи, очевидно, имеют отношение к цвету его кожи.

Конкретный вопрос Опры - и уклончивый ответ Гарри - о том, когда и как губительный расовый вопрос вошёл в это сложное уравнение, ясно показали, что, хотя чей-то вопрос о возможном цвете кожи любого из отпрысков Сассексов мог быть оскорбительным, он не был связан с титулом принца для Арчи.

Однако мысли принца Чарльза о том, что он может изменить так называемую конвенцию 1917 года для своих внуков, действительно повлияли на ситуацию.

Чарльз, похоже, поделился с ними планами по изменению правил, которые он вынашивал. Для Арчи получение титула Его Королевского Высочества могло быть «просто бременем», объяснил один старший помощник, близкий к паре. Возможная отмена в будущем Его Королевского Высочества для Арчи была частью слегка навязчивого желания Чарльза создать урезанную монархию. Момент его триумфа наступил, когда в 2012 году из-за болезни своего отца принца Филиппа принц Уэльский сумел вычистить всех Кентов и Глостеров, не говоря уже о его сестре, двух братьях и их семьях, с балкона Бриллиантового Юбилея.

Но какой был эффект? Многие поклонники королевской семьи сказали, что им очень нравилось видеть, как все эти дяди, двоюродные братья и сестры и тети - и особенно дети - выстраиваются в очередь и весело машут на балконе. И кто захотел бы смотреть только на Чарльза и Камиллу?

Чарльз был против того, чтобы его племянницы Беатрис и Евгения стали видными фигурами в действующей королевской семье - к значительному огорчению их отца, принца Эндрю, - хотя теперь стало очевидно, что эти две живые и умные молодые женщины (большие друзья Уильяма и Гарри) могли сыграть весьма полезные общественные роли в королевской семье после раскола и ухода Сассексов. А теперь будущий король Карл III, по-видимому, был настроен лишить двух детей Гарри и Меган полноправного статуса принца и принцессы по причинам каким - экономии и модернизации?

Конечно, это была ложная экономия. И насколько «современно» было рассматривать отказ в статусе Его Королевского Высочества единственным членам британской королевской семьи, которые вместе со своей матерью Меган принадлежали к смешанной расе?

В 2012 году королева изменила правила конвенции 1917 года, выпустив новый патент, который расширил статус Королевского Высочества на всех детей Уильяма, а не только Джорджа, который получил свое Королевское Высочество автоматически, поскольку находился в прямой линии наследования. Таким образом, во время интервью Опры в марте 2021 года у Чарльза уже было три внука Их Королевских Высочеств, но он, казалось, был готов изменить правила, чтобы лишить статуса Королевского Высочества своих двух внуков смешанной расы от Гарри и Меган.

Battle of Brothers. Часть 11.

Неудивительно, что Меган подняла шум, а Опра завопила: «Что?» Недостаток воображения и сочувствия был ошеломляющим.

Самым ранящим в списке четко отточенных обвинений, выдвинутых Меган и Гарри против его семьи, стало то, что Опра спросила Гарри: «А твои отношения с отцом? Он сейчас отвечает на твои звонки?

Объяснение СМИ того, почему Чарльз перестал отвечать на звонки Гарри, было связано с деньгами - многострадальный отец, по-видимому, устал от того, что с ним «обращаются как с банкоматом», как выразился один из королевских источников. Но на карту были поставлены более серьезные вопросы.

«Было много обид, - сказал Гарри, прежде чем поговорить о своей семье в целом. - Они знают только то, что знают… - сказал он печально - и немного снисходительно. - Я пытался обучить их посредством процесса, который прошёл сам».

«Процессом» образования Гарри была его новая жизнь с Меган - «жизнь в ее шкуре», как он выразился Опре. Со всем рвением новообращенного он имел в виду концепцию «бессознательной предвзятости» - идею, которая поглотила его с тех пор, как он начал воспринимать жизнь глазами своей подруги смешанной расы.

«Если вы подойдете к кому-то, - объяснял он антропологу Джейн Гудолл в мае 2019 года, - и скажете: «То, что вы только что сказали, или ваше поведение является расистским», - они повернутся и скажут: «Я не расист».

Гарри явно столкнулся с такой реакцией со стороны своей семьи - и в особенности отца.

«Ваша бессознательная предвзятость, - объяснил он Гудолл, - происходит из-за того, как вы были воспитаны, из-за среды, в которой вы выросли… Что вы придерживаетесь этой точки зрения - бессознательной точки зрения - когда естественным образом смотрите на кого-то по-иному».

Гарри говорил о расизме.

«Боже мой, - сказал он Опре, - это не занимает много времени, чтобы внезапно осознать это».

Популярная реакция британцев была практически единодушной. Британские таблоиды заклеймили Гарри и Меган как «эгоистичных» и «тошнотворных» в их перечне жалоб, осуждая вред и боль, которые они причинили королеве, превратив тысячелетний институт монархии в «пищу для ток-шоу».

Вряд ли реакция Америки могла быть более отличной. Бывшая первая леди Мишель Обама и певица Бейонсе аплодировали Меган за то, что она так открыто говорила о расовом вопросе и психическом здоровье, а пресс-секретарь Белого дома Джен Псаки дала понять, что президент Джо Байден чувствовал то же самое.

Американка смешанной расы шагнула вперед, чтобы войти в этот фантастический мир, который, казалось, предлагал такой гламур и комфорт, и 29 миллионов американцев встали на рассвете в мае 2018 года, чтобы разделить мечту Меган - только для того, чтобы обнаружить при помощи Опры, что все это было, по видимости, токсичным кошмаром. Это было плохо для имиджа до сих пор святой монархии и плохо в международном смысле для Brand Britain в целом.

Неприятие королевской семьей Меган была «частью всего наследия колониализма», заявила ямайский профессор Кэролайн Купер, пренебрежительно упомянув связь своей страны с британской короной. «Это институт с дурной репутацией. Он несет ответственность за порабощение миллионов людей, которых привезли сюда работать на плантациях… Нам нужно от этого избавиться».

Гарри и Меган вышли в эфир в воскресенье вечером. В понедельник утром Букингемский дворец перешел в кризисный режим. Три королевских двора, представлявшие королеву, принца Чарльза и принца Уильяма, вели переговоры, которые длились весь день.

К концу понедельника совместными усилиями трех дворов было подготовлено заявление - очень короткое заявление - а пресса пыхтела у ворот. СМИ хотели и ожидали какой-то реакции к вечерним теленовостям.

Но Елизавета II, которая тот день провела на связи в семейных и дворцовых дискуссиях по телефону и видеосвязи из Виндзора, решила, что они могут подождать. Королева хотела «переспать с этим». И это интервью еще не было увидено большинством людей в Британии, так как оно должно было выйти на ITV только в 9 вечера в тот день.

Когда на следующий день в 17.26 - почти через 40 часов после того, как Сассексы вышли в эфир в Соединенных Штатах, было наконец опубликовано заявление, состоящее всего из 61 слова, - оно начиналось и заканчивалось традиционным теперь способом - выражением личной заботы королевы о чувствах внука и его жены.

Суть - два и три предложения - лежали в середине бутерброда: « Поднятые вопросы, особенно расовые, вызывают беспокойство. Хотя некоторые воспоминания могут разниться, к ним относятся очень серьезно, и семья будет решать их в частном порядке».

В последующие дни стало ясно, что слово «в частном порядке» относится только к разрешению сугубо семейных разногласий. 14 марта руководство дворца сообщило, что в настоящее время привлекаются «независимые сторонние следователи» из «сторонней юридической фирмы» для рассмотрения кадровых вопросов - в частности, обвинений, высказанных секретарем по связям с общественностью Кенсингтонского дворца Джейсоном Кнауфом, относительно того, что Меган издевалась над персоналом.

Неделю спустя другая утечка раскрыла запланированное назначение «руководителя по вопросам многообразия» для решения расовых вопросов. «Мы не достигли желаемого прогресса, - признал высокопоставленный королевский источник, - и [мы] признаем, что необходимо сделать еще больше. Мы всегда можем что-то улучшить».

Многообразие! Многообразие! Меган и Гарри нанесли несколько ударов ниже пояса, разговаривая с Опрой совершенно несемейным образом, но невозможно было отвергнуть их основную правду. Когда Меган прибыла в Букингемский дворец около трех лет назад и шла по любому коридору - или коридору любого другого дворца - направляясь в любой кабинет, лицо практически каждого высокопоставленного чиновника, с которым она сталкивалась, было белым.

На другом конце Сент-Джеймсского парка в душном старом правительстве тори был небелый канцлер казначейства (Риши Сунак), управляющий богатством нации, а небелый министр внутренних дел (Прити Пател) занималась многими другими жизненно важными аспектами национальной жизни, включая полицию. Но Елизавета II, глава многорасового Содружества, все еще играла свое шоу с практически полностью белой командой. Что случилось с прекрасными принципами многообразия, которые более полувека назад так смело отстаивала лишенная расовых предрассудков молодая королева, танцевавшая в объятиях президента Ганы Нкрумы? В 1961 году принципы многообразия Елизаветы II потрясли, бросили вызов и вдохновили мир. Теперь ее дворец стал объектом всеобщего презрения - и даже ужаса.

Монарх, который «никогда не сделал ни одного неверного шага», допустил ошибку. Елизавета II могла посчитать, что ей нечего доказывать, когда дело доходило до обвинений в расизме, но она доверила самое главное в своем правлении опеке тех белых отцов из закрытых клубов, которые на протяжении многих лет создавали ей комфорт в качестве ее личных секретарей - от влиятельных Томми Ласселса и Майкл Адин в серых костюмах - до ее нынешнего личного секретаря Эдварда Янга. Ни у кого из них не было замысла встряхнуть белую англосаксонскую систему внутри дворца, чтобы отразить разнообразный современный внешний мир, и вот были печальные последствия, с которыми теперь королеве пришлось столкнуться в тот самый момент, когда она потеряла поддержку мужа, человека, на которого она всегда полагалась в такие трудные моменты.

Оставить комментарий



Архив записей в блогах:
Наверняка банальное. Точно не претендующее на истину, особенно в последней. Я раскладываю что-то по полочкам для себя. Тезисно: про мир Полудня можно забыть, потому что он мог родиться только из советского социализма, где изначально была аксиома ...
А вот ЮрМихалыч дистанционно кепкой чудотворной смрад дымный разогнал, вдовиц и сирот утешил, слезы невинно пострадавших осушил и наступил во граде Москве мир в человецех и благорастворение воздухов. Токмо пообещал, раны тяжкия не залечив, ...
Подробно здесь . Дополнение от себя. Не от ума, а от знания. В свое время, тому уже много лет, мне довелось (по работе, на платной основе) готовить справку о "кротах" исламистских организаций, внедренных на территорию стран СНГ и, в частности, бывшей Украины. Работа шла ...
Я, конечно, понимаю, что Республика Беларусь (в версии сегодняшнего дня), скинув ярмо российского империализма, с посрамляющей призового рысака резвостью рвётся в стойло китайской финансовой оккупации. Но офигеть как хочется белорусскому политикуму равноправное при это как-то ...
Навеяно обсуждением в прошлом посте . Каждое поколение носится с очередной технологией, которая призвана изменить мир. Обычно лет через 10, но планы все строят уже сейчас. В этом нет ничего необычного. Мечта о роге изобилия это такое свойство человеческого сознания. В каждую эпоху эта ...