![](/media/images/top/preview/red-sovetsuwp-contentuploads201409q5447.jpg)
75 лет миротворческой операции Красной Армии в Польше.
![топ 100 блогов](/media/images/gidepark.png)
Как-то забылось, что сегодня ( 17 сентября ), только 75 лет назад, послу Польши в СССР Гржибовскому была вручена нота ( он брать её отказался, но позже нашёл в посольстве ) следующего содержания:
«Чрезвычайному и полномочному послу Польши г. Гржибовскому. Польское посольство, Москва
Господин посол,
Польско-германская война выявила внутреннюю несостоятельность Польского государства. В течение десяти дней военных операций Польша потеряла все свои промышленные районы и культурные центры. Варшава как столица Польши не существует больше. Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что Польское государство и его правительство фактически перестали существовать. Тем самым прекратили свое действие договора, заключенные между СССР и Польшей. Предоставленная самой себе и оставленная без руководства, Польша превратилась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР. Поэтому, будучи доселе нейтральным, советское правительство не может более нейтрально относиться к этим фактам.
Советское правительство не может также безразлично относиться к тому, чтобы единокровные украинцы и белорусы, проживающие на территории Польши, брошенные на произвол судьбы, остались беззащитными. Ввиду такой обстановки советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии.
Одновременно советское правительство намерено принять все меры к тому, чтобы вызволить польский народ из злополучной войны, куда он был ввергнут его неразумными руководителями, и дать ему возможность зажить мирной жизнью.
Примите, господин посол, уверения в совершенном к Вам почтении.
Народный комиссар иностранных дел СССР
В. Молотов»
И пошли войска в Освободительный поход. Хотя войны как таковой не было, но результаты неудачной советско-польской войны 1920-1921 годов были исправлены. Новая западная граница России/СССР прошла почти по «линии Керзона», предлагавшейся Антантой в качестве этнической русско-польской границы. Вильно был передан Литве (благодарности, как и за Мемель, ждем до сих пор). Спорным можно считать возвращение Галиции (со Львовом), но это, скорее, послевоенная недоработка – не удалось без кровавой борьбы и полностью интегрировать население региона в новое русское общество (последствия предсмертного «укола» Австро-Венгрии!). Это, в свою очередь, драматическим образом сказалось на всей Малороссии после 1991 г. (пассионарные и русофобски настроенные западенцы оказывают существенное воздействие на общество, к-рое количественно на порядок крупнее их – впрочем, такие примеры не редкость…), плоды этого мы сейчас пожинаем — с кровью и большими проблемами. Была возвращена Белостокская область – позднее ее отдали полякам (в Минске об этом вспоминают, хм, с горечью), неправильно поделили Восточную Пруссию, в результате – у РФ нет сухопутного транзита в Калининград (за него, как всегда, яростно воевали – на словах, результат НУЛЕВОЙ, хорошо хоть, в процессе, еще чего-нибудь не отдали). http://red-sovet.su
В ходе похода выявились существенные недостатки в подготовке, организации, управлении и оснащении войск. Они для нас буквально традиционны: взаимодействие, управление, связь, тылы, работа штабов. Ещё на один недостаток указал товарищ Сталин:
«Нам страшно повредила польская компания, — она избаловала нас. В войсках и командном составе возникли шапкозакидательские настроения. Это помешало нашей армии перестроиться и понять свои недостатки. Наша армия не сразу поняла, что война в Польше это не война, а военная прогулка.»
В общем, как всегда – делаем хорошее дело, но не учим уроки и не хотим заглядывать в будущее…
И, да, кстати. Никакие западные державы или эмигрантские правительства не собирались объявлять СССР войну (равно как и начинать активные боевые действия на западе) — и это естественно, наши отношения с Германией не претерпели существенных изменений — решались текущие вопросы мирного (но не союзного!) сотрудничества.